«И зачем я так истязал его?» — про себя подумал армут. Богач не рассматривал всерьез тот вариант, что Бат откажется от победы в ущерб себе. Армут судил всех людей по своим приближенным, и поэтому он не мог поверить в искреннее самопожертвование. Он не сомневался, что Бат будет драться до последнего, только вот, к сожалению, у него был больно измученный вид. Что до Лэка… Благообразный мальчик, похожий на смуглолицую девушку-недотрогу, испуганный и робкий — стоило ли ждать от него многого? А что касается Тэнки, девчонки, слабой и глупой, так здесь армут вообще сильно сомневался. Таким образом, получалось, что господин Ролли подобрал не очень хороших игроков. Но все же он не терял надежды, так как в этот раз он припас козырь в рукаве своего роскошного халата.
— Пойдемте, господа, пора выбрать вам образ.
Чтобы гостям захотелось поставить на того или иного игрока, надо было добавить рабам лоска. Никто не пожалеет несчастного заморыша, зато прекрасный юноша в самом расцвете сил вполне может очаровать какого-нибудь богача, который будет готов выложить за него кругленькую сумму. Армут отвел ребят в одну из палаток, в которой уже было так дымно и чадно, что ребята, зайдя внутрь, начали кашлять. Здесь, в огромных чанах кипела вода, пропаривались полотенца, повсюду стояли разведенные краски совершенно разных оттенков. Господин Ролли не хотел никому признаваться, что его прекрасный Бел — девочка. Сложно сказать, почему он пожелал сохранить в тайне этот секрет. Может, оттого, что понимал — вид юной девушки на жестоких боях, чей конец был столь трагичным для игроков, каким-то образом нарушал ту невидимую грань между жестокостью дозволенной и общепринятой и жестокостью уродливой и наказуемой. Эстетика игр не должна была оскверняться излишними зверствами.
— Это Бел. Я думаю, вы сможете нарисовать на его лице нечто устрашающее, — задумчиво начал представлять богач своих игроков. Мастера — две красивые женщины, настолько похожие внешне, что их можно было принять за сестер, согласно кивали в такт словам армута.
— Это Бат. Его разрисуйте по своему усмотрению, но главное — приведите его в порядок, перевяжите раны и дайте чего-нибудь для бодрости. Ну а это мой дорогой Лэк. Неудачливый бунтарь, не так ли? Предатель, так сказать…
При этих словах Лэк, несмотря на смуглую кожу, сильно покраснел от стыда.
— Он выглядит очень женственным, подчеркните это, пусть все наши блистательные дамы делают на него ставки, — закончил с объяснениями господин Ролли и вышел из палатки. Девушки переглянулись и вежливо пригласили игроков сесть на подушки. Мастерицы принялись колдовать над несчастными, желая полностью преобразить этих замученных ребят.
Начали с Тэнки. Ей помыли волосы душистым мылом, насухо вытерли полотенцем, посыпали золотистой пудрой, чтобы ее и без того светлые волосы на солнце переливались как драгоценный металл. Затем умелицы взяли в свои гибкие тонкие пальцы длинные кисти и начали заниматься ее лицом, чуть опухшим от слез. Девушки не разговаривали с игроками, да и те молчали, набираясь сил перед испытанием. Артуру даже удалось вздремнуть на подушках; мальчик был настолько вымотан, что заснул почти сразу же. Когда же он открыл глаза и увидел Тэнку с Лэком, он их почти не узнал. Видя удивление, написанное на его лице, одна из мастериц беззаботно расхохоталась, показывая маленькие белые зубки.
— Эйли, смотри, он не узнает своих приятелей! Все-таки у нас есть талант…
Все лицо Тэнки изображало мордочку какого-то хищного зверя, похожего на лисицу. Теперь уже решительно ни один человек не смог бы увидеть в этом рыжем злобном зверьке девочку. Белые шелковистые волосы Тэнки красиво переливались на свету, и казалось, что у забавного степного зверька прекрасная бело-рыжеватая шкурка.
— Это корсак, — зачем-то пояснила одна из мастериц. — Они постоянно бродят вокруг наших шатров. Животные сильные, хищные и хитрые, как раз под стать Белу.
Артур с иронией хмыкнул, но все же ничего не сказал. Да и разве поняли бы его эти бездушные женщины, для которых, впрочем, как и для всех остальных обитателей шатров, игроки являлись лишь развлечением, но отнюдь не живыми людьми? Лицо Лэка словно по волшебству превратилось в вытянутую прекрасную мордочку оленя. Его большие карие глаза, жирно подведенные углем, высурьмленные брови, чуть затравленное выражение всего его облика, гибкая грациозная фигура и длинные волосы, завязанные на макушке в высокий хвост — все до малейшей детали делало его похожим на стройного оленя, прекрасного обитателя лесов.
— Хочешь так же преобразиться? — поинтересовалась одна из женщин, ласково улыбнувшись Артуру.
— А вы бы хотели преобразиться лишь для того, чтобы стать ужином для собак? — поинтересовался Артур, с неприязнью глядя в лукавые глаза мастерицы. — Можем поменяться местами, я не против, — добавил он. Та передернула плечиками и с укором нахмурилась, словно невоспитанный юноша в ее присутствии грубо выругался или сказал нечто такое, что оскорбило ее нежную натуру.
