– Необходимо указать дофину и всем его союзникам их место при дворе. Пока вы болели, поведение дофина и его друзей было отнюдь не безупречным, если не сказать точнее – возмутительным, – так издалека начала фаворитка свою атаку на короля. – Друзья дофина, особенно Сент-Андре, Бриссак, Ла Шатерньере и, конечно же, сам Генрих, проводят все время исключительно на турнирах и дуэлях. Они уважают только ловкость и силу. Если бы вы только знали, какое дикое и жестокое их веселье! По ночам, когда в городе не спят лишь разбойники, они ходят, как коты, по крышам, прыгают с одной крыши на другую, преодолевают верхом на лошадях овраги, сбрасывают прохожих в реку. На днях, когда вы пребывали в особенно тяжелом состоянии, Генрих чуть не зарубил своего пажа. Хорошо, что Дампьеру удалось вовремя усмирить его гнев. А какое удовольствие они получают от драк друг с другом и случайными прохожими. Весь Париж негодует!
Анна торжествовала: с каждой фразой король мрачнел все больше и больше. Она-то, как никто, прекрасно знала, что между Генрихом и той изысканной культурой, что сложилась вокруг короля, влюбленного в Италию, уже давно пролегла пропасть.
– Если бы можно было изменить порядок наследования трона, возвысить младшего сына над старшим! – вдруг вырвалось из груди короля невольное признание.
Именно этих слов и ждала от короля его фаворитка. Для начала она, до сих пор поддерживающая партию войны, стала высказываться за окончательное примирение с Карлом V, поскольку принц Карл от этого только выигрывал, и наконец предложила задуманное.
– Почему бы не женить вашего младшего сына, сир, на одной из дочерей императора? Тогда уж точно принц Карл получит в приданое герцогство Миланское, а возможно, в придачу к нему и Нидерланды, и Генрих окажется лицом к лицу с могущественным братом, с которым вынужден будет считаться и вести себя осмотрительно и благоразумно.
Франциск усмехнулся.
– А не вызовет ли это войну, если вдруг однажды младший брат решит потребовать себе французскую корону?
Герцогиня снова нежно поцеловала короля и с улыбкой убежденно произнесла:
– Ваше Величество, вам рано думать об этом. Вы еще полны сил и жажды жизни. Сейчас надо думать о достойной встрече Карла V и получении от него всех обязательств на брак принца с одной из его дочерей.
Фаворитка видела лишь плюсы этой сделки, иными словами, возможность прежде всего немедленно устранить Диану, отправить в ссылку Монморанси и спокойно удалиться в случае смерти короля, здоровье которого в последнее время заставляло желать лучшего, в Милан или Амстердам.
Анна была очень довольна, заметив, что брошенная ею первая искра вызвала в сердце короля сильное волнение. Теперь она охотно оставила его наедине с обуявшими его мыслями.
После ухода Анны впервые в жизни Франциск серьезно задумался, – он думал о законе первородства, о том, что природа в большинстве случаев совершенно не заботится об интересах престола. Что только не натворит, став королем, его старший сын Генрих, угрюмый, недальновидный, любящий лишь драки и турниры. Конечно же, Карл больше, чем его брат, достоин управлять государством. В свои семнадцать лет Карл так очарователен, весел, неистощим на остроты и любезности, храбр и, главное, любит и почитает его, своего отца. Естественно, он оказывает предпочтение своему младшему сыну, ведь никогда упрямый Генрих – ни в детстве, ни сейчас, даже став дофином, – не прислушивался к его королевским советам, а старался и старается все делать вопреки его монаршей воле.
Вражда при дворе росла с каждым днем. Грозные тучи интриг нависали все ниже. Ни для кого уже не была тайной усиливающаяся вражда между двумя придворными партиями. После выздоровления короля столкновение стало неизбежным. Вопрос состоял лишь в том, кто окажется сильнее.
Екатерина с грустью замечала, что Генрих все больше отдаляется от нее и не скрывает своей любви к Диане де Пуатье. С ней же он был мрачен и холоден, избегал ее, ни разу не произнес ласкового слова. Тяжелое разочарование испытывала ее полная страсти душа, стремившаяся к любви и счастью! Но она не смела показывать своего горя. Этикет не позволял плакать и жаловаться. Дофинесса должна была величественно и приветливо улыбаться, сиять счастьем, пышно одеваться и прятать страдания в душе.
Наблюдательная Диана заметила, что дружба герцогини д’Этамп и принца Карла крепнет день ото дня, а король после выздоровления особо подчеркивает свою любовь к младшему сыну и оказывает ему во всем предпочтение перед Генрихом, и не на шутку встревожилась.
Она попросила дофинессу об аудиенции.
Этот визит не стал для Екатерины неожиданностью – она предвидела его и заранее ждала.
Встреча началась с продолжительного молчания. Жена и любовница внимательно разглядывали друг друга, ведь они впервые встретились наедине без посторонних глаз и ушей.
