Красота Дианы была для Екатерины непереносимой, пугала ее, в глубине своей тонкой натуры она чувствовала, что эта высокомерная красавица из тех, из-за кого могут разгораться войны, совершаться казни и убийства. «Елена Троянская, богиня, царица, нарушительница супружеской верности, ввергла ахеян в войну. Ее образ на протяжении веков служит предостережением, сколь разрушительные последствия может вызвать чрезмерная красота. Стоит ли так сильно возвышаться над всеми?» – рассуждала Екатерина, рассматривая Диану.
«Какая она незначительная, – думала Диана, бросая взгляды на Екатерину, и ей искренне стало жаль Генриха. – Ему, хоть и изредка, но приходится делить ложе с этим невзрачным существом. Неудивительно, что он остановил свой выбор на моей царственной красоте».
Рот Дианы сделался жестким, и она, стремящаяся к могуществу и королевским почестям, вступила в задуманную игру. Надо было во что бы то ни стало обличить фаворитку короля и ее приближенных и, главное, свергнуть их. Дофинесса, пользующаяся благосклонностью короля, королевы, фаворитки и Маргариты Наваррской, могла оказать ей неоценимую помощь. Когда женщина любит мужа, а он ее нет, она надеется, что муж когда-нибудь полюбит ее. И ради этого она пойдет на все.
На высоком чувстве Екатерины, не перестающей обожать своего неверного мужа, и решила сыграть Диана. Она вступила в беседу первой с мягкостью кошки, готовящейся к прыжку:
– Король любит вас. Он получает удовольствие от бесед с вами, как и его любовница. Я хочу попросить вас, мадам, об одном одолжении, которое имеет для меня огромное значение.
– Мадам, вам угодно удостоить меня своим доверием? – поинтересовалась Екатерина.
– Да, по моему мнению против дофина организуется заговор, и, чтобы дело не приняло самого дурного оборота, необходимо срочно прибегнуть к решительным мерам. Если мы будем дружно делить и радость, и горе, помогать друг другу, все препятствия и опасности на нашем пути будут устранены.
Екатерина прекрасно понимала, к чему клонит эта ловкая женщина, которая никогда ничего не делала без продуманного расчета и стремилась любыми способами избавиться от своей соперницы. Но она и виду не подала, что разгадала цель ее прихода, и с удивлением спросила:
– Заговор? Объясните подробнее, где же источник его?..
– На половине Его Величества короля.
– Что это значит? – Екатерина постаралась изобразить на своем лице испуг.
– Герцогиня д’Этамп, которая, как вам известно, имеет неограниченное влияние на короля, решила сделать наследником престола младшего сына и тем самым вырвать надежду на власть из рук вашего мужа, – холодно и самоуверенно объяснила Диана.
– Как безрассудно со стороны герцогини сеять такие семена, – возмутилась Екатерина, старательно подыгрывая Диане.
– Вот именно! Если возвысится Карл, вы тут же потеряете свое влияние при дворе, станете незначительной, никому не нужной фигурой.
Осторожная Екатерина и сама давно разгадала планы предусмотрительной королевской фаворитки. Диана права: она не должна допустить, чтобы престол наследовал младший сын. Но и становиться союзницей любовницы мужа ей не хотелось. Прежде чем наметить линию своего поведения, она решила получить от соперницы как можно больше сведений и сделала ответный ход.
– Вы слишком мрачно смотрите на вещи, мадам, и слишком много обращаете внимания на придворные интриги.
– Я просто охраняю вас и вашего мужа.
– Я очень благодарна вам за это. Но все-таки вы придаете интригам тщеславной фаворитки слишком большое значение.
– Дофин очень доволен тем, что я и коннетабль избавляем его от забот, связанных с правлением, подсказываем пути преодоления трудностей, и охотно следует нашим советам, – пояснила хитрая интриганка, сохраняя невозмутимость на лице.
– Я все это прекрасно вижу и ценю, но я не понимаю, какая роль предназначена мне?
В ответ проницательные, пугающе ясные глаза Дианы строго посмотрели на Екатерину, отклоняя всякую мысль о непослушании.
– Помочь нам, сторонникам вашего мужа. Вы приняты в цветник дам короля и можете стать хорошим источником информации. Нет, не хмурьте преждевременно брови, я догадываюсь, о чем вы думаете и что желаете сказать. Вы ведь не хотите быть шпионкой, не так ли?
Екатерине потребовалась вся ее выдержка, чтобы не выгнать эту высокомерную даму из своих апартаментов. Но она прекрасно понимала, что не сохранит своего положения дофинессы при дворе, если станет ее врагом. Генрих слепо и беспрекословно подчинится любому совету своей престарелой любовницы. Поэтому она обязана делать вид, что уважает женщину, которая вызывает в ней лишь ненависть. Только завоевав власть, став королевой Франции, она сможет заставить Диану де Пуатье щедро оплатить каждое свое оскорбление.
– Приятно слышать, что вы называете вещи своими именами. Сделать из меня шпионку слишком жестоко! – с грустью произнесла она.
«Она прекрасно понимает, что ей некуда деваться», – Диана уловила, что в интонации Екатерины не было отказа, и чтобы окончательно заставить ее подчиниться своей воле, пояснила:
