До меня вдруг доходит, почему я не слышу её собеседника — это ж телефонный разговор. Прислушиваясь к голосу, я едва не пропустил вторжение на мою спальную территорию. Дверь открылась совсем неслышно, и я еле успел закрыть глаза. Голос незнакомки стал громче, но лишь на мгновение… Сейчас все мои рецепторы сосредоточены на гостье. Никаких сомнений, что это женщина — об этом говорит тонкий свежий запах и… взгляд, который я ощущаю всей кожей. И… чёрт! — кожа в трусах оказалась самой чувствительной. Надеюсь, дама разбирается в мужской физиологии и не приняла это на свой счёт?
Уже нет сил притворяться мёртвым тюленем и, когда я готов открыть глаза и встретить изучающий меня взгляд, рядом со мной раздаётся тихий шорох. А я даже шагов не услышал! Тихий стук… И сквозь ресницы я вижу тонкую удаляющуюся фигурку. Забранные в хвост, рыжие волосы, длинная футболка, голые ноги… То ли девочка, а то ли виденье исчезает за дверью.
Быстро прикрыв свои бёдра одеялом, перевожу взгляд на стол рядом с кроватью и, чуть не взвыв, хватаю запотевшую бутылку с водой. Последним глотком я запиваю пару волшебных пилюль, оставленных моей заботливой визитёршей… И вдруг, ощутив постороннее присутствие, поворачиваю голову и встречаю чернющий взгляд.
Почему-то первое, что приходит в голову, — велосипед и недвижимость. Странные ассоциации с этим рыжим бесёнком…
Её губы улыбаются, и всё сразу становится на место. Тонкие руки… Чёрные крылья… Первый размер… И горячая нежная кожа под моими пальцами… И губы… способные даже святого столкнуть в бездну греха…
Так вот ты какая, моя маленькая загадочная Гейша!..
— Доброе утро, Кирилл Андреевич!.. — она улыбается, а у меня даже волосы на ногах дыбом встали. — И с днём рождения!
— А подарки будут? — выдаю вместо приветствия и раньше, чем успеваю подумать.
— Просите, — великодушно произносят эти невинные и порочные губы.
Но озвучить я ничего не успеваю — дверь за Айкиной спиной резко распахнулась и с праздничной речевкой ворвались большие сиськи в облаке рыжих кудрей:
— Мы пришли к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало!.. И на двадцать сантиметров приподняло одеяло!
Смешно. И на самом деле не заржать в голос мне стоит невероятных усилий. Я по-прежнему сижу в постели с пустой пластиковой бутылкой, похрустывающей в моей ладони, и с трудом удерживаю себя от желания взглянуть на упомянутую часть одеяла. Наверняка, пытаясь выдержать серьёзную рожу, выгляжу сейчас, как полный придурок. Идиотская ситуация.
— Вы чем-то недовольны, Кирилл Андреевич? — с мягкой улыбкой спрашивает… Нет, сейчас передо мной вовсе не та хулиганка Айка, которую я так хорошо помню. Со мной разговаривает настоящая гейша — улыбчивая, нежная, внимательная… и такая чувственная, что оголодавший зверь внутри меня перестаёт рычать и виляет хвостом, напрашиваясь на ласку.
— Отлично всё, — я бросаю мимолётный взгляд на тот самый хвост, проверяя, не слишком ли интенсивно он виляет, но договорить не успеваю…
— Айечка, а разве он на что-то жалуется? — громко восклицает рыжая стерва. — Полагаю, каждый Кирилл Андреевич имеет право на свое хмурое утро! Кстати, как Вам спалось в постели Гейши, Кир Андреич-сан?
— Одиноко, — дарю улыбку языкастой рыжухе. — Но спасибо, что спросили.
Борюсь с внезапным желанием обнюхать подушку и сгибаю ноги в коленях, чтобы затрубившимся хвостом случайно не сбить одеяло.
— Девчонки, буду очень благодарен, если ещё сориентируете меня, где я могу найти свою одежду. Я ведь не пленник? — шучу, пытаясь скрыть невесть откуда взявшееся смущение перед маленькой черноглазой Гейшей. На её борзую подругу плевать.
— Да где ж теперь её искать? — всплеснула руками Рыжая. — Забыли, Вы же ещё перед нашим домом горланили: «Останься голым, всяк сюда входящий!»? И остервенело срывали с себя одежды.
Лишь чудом я сохраняю на лице невозмутимость, но на помощь мне приходит Айка:
— Саш, прекрати, — смеётся она. — Я сейчас принесу, Кирилл Андреевич, она уже высохла, — Айка спешит к двери и на ходу поясняет: — Вы свою одежду вчера в шампанском нечаянно утопили.
Мне уже немного легче, и я бросаю ей вдогонку:
— Спасибо, Айя… и можно просто Кирилл! И на «ты»…
Но Айка уже унеслась, оставляя меня наедине с рыжей ехидиной.
— А я просто Александрина, если ты вдруг забыл, — представилась она, — и по совместительству родная сестра Гейши Валентиновны…
Я понимающе киваю и мечтаю дорваться до туалета, а по пути прищемить дверью рыжее жало.
