Я рассказал про полет, про волосатую руку.
– Кто это? – спросила Ольга спустя минуту. – Как ты думаешь?
– Я не знаю, Оля. Но вот этот старик сейчас… бомж, они как-то связаны.
– Как?
Я пожал плечами, оглянулся на улицу. Бомжа-старика там и след простыл.
– Не знаю. Но я увидел урода, настолько страшного, как… монстра в человеческом обличии. Это знак. Я это чувствую… чувствую… скоро это снова начнется.
– Опять? – Ольга тяжело вздыхает, обнимает меня, прижимается всем телом. – А я уже стала все забывать…
– Да. Опять, – сказал я. – Сам того не ведая, я пробудил монстра. Я попал в его тело, и он очнулся.
– Господи, – прошептала Ольга. – Кто же это?
– Кто это, я не знаю. Но это точно не человек.
Глава 2.
– Как? Как это могло случиться? – возмущался профессор Запольский, меряя комнату охраны короткими резкими шагами.
Двое охранников, Лузин и Коротков, тупо моргали и в очередной раз оправдывались.
– Да мы не знаем, как он прошел! Он нас загипнотизировал!
Профессор остановился перед ними, прожигая увеличенными стеклами очков глазами. Про себя же подумал, что подтвердилось мнение о том, что дикие люди обладают гипнозом и внушением. Что ж, это интересно.
– Э-э, – начал Лузин, – Эдуард Янович…
Тот вышел из размышлений, продолжил с грозным видом.
– Хорошо! А как же он мог решетку выломать голыми руками? Он же чуть живой был, в коме пролежал почти месяц!
Охранники отводили взгляды, пожимали плечами. Откуда им знать? Не их это дело разбираться в причинах бегства полуживого чудовища, они лишь следили за безопасностью доступа внутрь помещений лаборатории, а никак не наружу. Виктор Лузин, майор в запасе и старший этой злополучной смены, нервно провел рукой по седым коротко стриженым волосам. Он до сих пор не мог без содрогания вспоминать эту сцену появления монстра. Он только надеялся, что не очень долго ему, боевому офицеру, прошедшему, как ему казалось, огонь и воду, будут сниться по ночам кошмары.
Они как обычно сидели с Антошкой Коротковым, который совсем недавно уволился в запас из ВДВ, здоровенный и накачанный, следили за камерами наблюдения на мониторах, болтали о том о сем, как вдруг… в коридоре появилось ОНО. Сколько раз они ходили смотреть на это чудо природы, неподвижно вытянувшееся в дальней комнате на столе, за толстенными стальными прутьями. Он уже настолько привык видеть его недвижимым, что появление лохматого гиганта в коридоре, подпирающего огромной головой потолок, показалось ему сначала видением, призраком. Он вспомнил, как сначала открыл рот, замерев под взглядом маленьких желтых глаз, потом медленно протянул руку к напарнику.
– Эй, Антоха… – только и успел сказать он, как чудище бодрыми шагами двинулось на него.
Вмиг сердце сковало стальными кандалами ужаса – он понял слишком поздно, что
В последнее мгновение перед погружением в сладкую молочную тишину, он словно далекое эхо услышал вскрик напарника:
– Черт побери!..
Вырвалось это у Антона непроизвольно. Книжка, которую он перед этим, борясь со сном, пытался читать, выпала из рук. Он подскочил, хватаясь за кобуру, краем глаза уловил застывшую фигуру напарника с протянутой к нему рукой. И лишь одно сейчас неожиданно пришло ему на ум. Ему, десантнику, ростом под метр девяносто, пришлось смотреть на монстра снизу вверх, высоко задрав голову. Какого же роста тогда было это чудище? Два с половиной, наверное, не меньше. Но это все, что ему удалось сделать. Рука так и застыла у пояса с амуницией, он замер в этой позе готовности. А монстр приближался, словно все больше увеличиваясь в размерах. И лишь его маленькие глазки были неподвижно устремлены куда-то вглубь его сознания, парализуя не только его волю, но и разум, ставший в этот момент не обремененным мыслями, чистым и светлым, как у младенца.
Очнулся он от этого оцепенения сразу, как ему показалось, но никого в комнате уже не было. В первую минуту, пока они со старшим приходили в себя, обоим им только что виденное показалось не более чем игрой воображения. И насколько же они были удивлены, если не сказать ошарашены, когда обнаружили взломанные двери лаборатории, въездные ворота периметра и, само собой вывороченные с корнем решетки клетки, где совсем недавно как чучело лежал лохматый монстр.
До прибытия в столь ранний час профессора, они успели просмотреть обрывки записей с видеокамер. Чудовище прошло через все ограждения спокойно и не спеша, даже сигнализация не сработала. Как потом выяснилось, именно эта электрическая цепь была каким-то непонятным образом выведена из строя сильным электромагнитным импульсом. Как при ударе молнией. Так же, как и камеры. Даже сами техники немало этому удивились.
– Что же теперь делать, Эдуард Янович? – прозвучал откуда-то из угла голос ассистента профессора.
