Слава — это серьезное испытание, и если человек его не выдерживает, он оказывается и профессионально несостоятельным. Нельзя долго упиваться своей эйфорией, ведь после очередной победы наступает следующее утро, и ты автоматически становишься героем вчерашнего дня. Время идет, и впереди много других барьеров, которые необходимо преодолеть. Либо ты собираешь лавры и красиво уходишь после яркой победы, либо работаешь дальше. Наверное, надо быть недалеким человеком, чтобы не понимать: все проходит, пройдет и это.
К счастью, у меня никогда не было «звездных» приступов.
Я постоянно терзаюсь сомнениями: правильно ли что-то делаю, так ли поступаю.
Мы работали в общем концерте с одним очень известным артистом.
— Вот эта моя песня — безоговорочный хит, — сказал он, спев свой шлягер.
Я бы в жизни так не сказала ни об одной своей песне. Я просто могу сказать: «Да, эта песня хорошая». Но станет ли она хитом — я не знаю, это может показать только время.
…У нас никогда не было финансовой поддержки и влиятельных покровителей, и никто не ожидал, что. не обладая большими деньгами. мы сможем раскрутиться. Поначалу никто из коллег по цеху всерьез нас не воспринимал, никто не верил, что из нас может получиться что-то стоящее.
Более успешные, именитые артисты первое время меня жалели. Зато когда к нашей группе пришел успех, я почувствовала с их стороны некоторое напряжение. Было ощущение, что они думают: «Да, зря, зря мы ее жалели…»
Но потом снова происходил спад, они успокаивались и снова сочувствовали нашим неудачам. Никто явно не демонстрировал своих эмоций, просто у меня очень хорошая интуиция и я прекрасно чувствовала перемену в выражении глаз и интонациях окружающих меня коллег.
Когда мои самые удачные песни постоянно крутили по радио, коллеги по цеху делились на две части.
Одни завидовали — я это чувствовала физически, каждой клеточкой кожи. А другие не обходили вниманием, заводили разговоры, старались держаться поближе.
Все менялось, когда наступал спад. Те, от кого шли флюиды зависти, подходили и даже пытались — или делали вид — поучаствовать в моей творческой судьбе.
А те, кто раньше спешил пожать руку, проходили мимо. Наверное, в тот момент они думали: «Лучше с ней не здороваться, мало ли что — вдруг кто увидит».
Меня это не огорчало, даже забавно было наблюдать, как в зависимости от ситуации мимикрируют некоторые мои коллеги.
Я с самого начала знала, что шоу-бизнес — это террариум единомышленников. И чтобы не уподобляться коллегам, не стоит вплетаться в общий клубок — иначе можно запутаться и не выбраться оттуда уже никогда.
Это касается не только шоу-бизнеса и музыкальной тусовки. У моего мужа Влада было то же самое. Когда-то его называли золотым мальчиком футбола. Он начинал очень ярко, победа шла за победой. Потом Влад уехал в Испанию. А когда вернулся, времена изменились, и он оказался никому не нужным. Так совпало, что у него наступил кризис и в работе, и в семейной жизни, — он развелся с женой. Я знаю, что он очень тяжело и болезненно переживал тот спад.
Мы говорили с мужем о том времени, и Влад сказал:
— Таня, у меня было очень много друзей. А когда в карьере наступил кризис, многие от меня отвернулись.
Мне кажется, что со мной подобное вряд ли произойдет. С помощью своей интуиции я легко отделяю фальшь от искренности. А может, боясь разочарования, просто не подпускаю к себе людей слишком близко. Подсознательно я готова к тому, что что-нибудь не сложится и рассчитывать я смогу только на себя.
У Влада, к сожалению, нет моей интуиции, он слишком доверчив. Из-за этого иногда ошибается и потом сильно разочаровывается в людях. Правда, справедливости ради должна сказать, что рядом с моим мужем в трудный момент жизни все-таки осталось несколько друзей. которые и вытащили его из кризиса.
Даже если на мою долю действительно выпадал успех, до меня это не всегда доходило. А если и доходило, я прекрасно понимала: значит, теперь надо напрячься еще больше, чтобы этот успех подтвердить, доказать, что он не был случайным.
И, даже подтверждая, знала: так же как невозможно дважды войти в одну и ту же воду, не бывает двух одинаково успешных песен.
Сколько было артистов, которые гремели на всю страну, собирали многотысячные стадионы и выпускали кассеты и пластинки миллионными тиражами. А сейчас их никто не помнит. Время идет, и стрелки часов не останавливаются. Даже когда мы ничего не делаем, они двигаются, и мир вокруг нас, а вместе с ним и наша жизнь постоянно меняются.
Я всегда сомневаюсь, прежде чем принять какое-то решение. Может быть, эти вечные сомнения тоже уберегают меня от «звездной заразы». Потому и жить легко.
…Когда в детстве я выходила на сцену и выступала перед соседями по даче, я чувствовала себя невероятно счастливой. Получала огромное удовольствие и буквально фонтанировала эмоциями. Никакой дрожи в коленях, мурашек, ужаса, оттого что на меня смотрят десятки глаз, не было.
Страх появился позже — с первыми публичными выступлениями на больших сценах. Я всю жизнь борюсь с ним и до сих пор мне не удается одержать победу.