Ночью землю Алегрии припорошило легким снегом. Он падал медленно и равномерно. То прерывался, то снова начинался. Стужи уже не было, пронизывающий холод больше не пробирал до костей.
Закутана в безразмерную темно-серую куртку, Риана стояла возле сопки, где был похоронен Армо. Рыжие пряди выбивались из прически, а глаза малышки давно наполнились слезами, которые она отчаянно старалась сдерживать.
Девочка приходила сюда каждый день, чтобы поговорить с умершим другом. И тогда ей становилось легче. Ри уже не могла получить от него никакого совета или услышать его веселые шутки. Но зато могла, как и раньше, рассказывать ему о своих переживаниях. Она всем сердцем хотела верить, что ее дорогой дядя Армо и правда слышит каждое слово.
– Эдвард ушел сегодня ночью… – негромко произнесла она и посмотрела на сопку, служившую могилой. – Я сказала, что верю в него и буду ждать. А еще я убеждала его, что он обязательно вернется. Но мне так страшно… – Она закрыла глаза, и по щекам ее скатились горячие слезы. – Кристине очень плохо, – продолжала Ри. – Вчера она могла вставать, а сегодня вообще не может ходить. Она говорит, что все в порядке, но я вижу, как она страдает от боли. Дядя Армо, мне кажется, она может скоро умереть. Если Эдвард не вернется вовремя, ее не отвезут в больницу… и тогда Кристина умрет. Я даже поймала себя на мысли, что готова отдать жизнь за нее. Если бы только это можно было сделать… Она очень хорошая и красивая, я хочу, чтобы она выздоровела. Зачем теперь жить мне, не знаю. Я ничего не умею. У меня ведь нет руки. Я устала от своего уродства. Не хочу больше так… – Ри закрыла рот ладошкой, плюхнулась на землю и продолжила плакать.
Милой девочке с каждым днем становилось все тяжелее. Она была ребенком, которого лишили детства и игр со сверстниками. Она не представляла, что такое родительская любовь. Риана сызмальства росла в жестоких условиях. Ее мироощущение было сломано уже с рождения.
Страхи множились: для них как будто в ее душе лежала копилка.
– Простите, что я опять плачу, – продолжила Ри, вытерев глаза.
Она взглянула на небо, и на ее личико падали и моментально растворялись белоснежные снежинки. Ри смотрела вверх, проклиная все на свете и думая о том, как ненавидит жизнь и себя. Но в тот момент она даже не подозревала, насколько она прекрасна. И пусть ее родители – монстры, но их дочь выросла настоящей красавицей, которую пока она никак не могла в себе разглядеть.
– Я пойду, дядя Армо, – сказала Ри и встала. – Не хочу лить слезы и загружать вас. Спасибо, что выслушали. Я обязательно вернусь завтра. – Она натянуто улыбнулась и побежала к Кристине.
Девочка всполошилась. Если идет снег, значит, костер наверняка потух, поэтому Кристина может замерзнуть. Нужно срочно его разжечь.
Но когда Риана пришла обратно, то увидела, что огонь вовсю полыхает, а Кристина сидит у костра и поджаривает на палочке хлеб. В ее глазах отражалось его пламя.
– Кристина, ты зачем встала? Тебе лежать надо! – возмутилась Ри, когда приблизилась к ней.
– А кто тебя кормить будет? – Кристина подняла голову и улыбнулась, смотря на девчушку. – Я нашла хлеб, который очень неплохо выглядит, представляешь? Сейчас покушаешь, – добродушно добавила она.
Риана села напротив нее и протянула руки к огню.
– А как ты встала? Ты ведь ходить не можешь!
– Оказывается, еще могу. Не буду говорить, что нормально себя чувствую. Нога ноет с бешеной силой, но терпеть можно. Лежать и умирать явно не хочется. Уж лучше делами заняться, хоть как-то отвлекусь от плохих мыслей. Если бы ты только знала, как я боюсь смерти… – Кристина нахмурилась.
– Ты не умрешь! – твердо сказала Риана. – Ты. Не. Умрешь, – повторила она. – Слышишь? Я не позволю. Хватит в моей жизнь потерь. Эдвард или Терри скоро вернутся. Они все успеют!
– Терри? – Крис посмотрела на Риану и еще сильнее наморщила лоб. – Ты думаешь, он жив?
– А почему я не должна так думать? Я не поверю в его смерть, пока сама не увижу. Он жив, я знаю. И вернется.
– Откуда в тебе столько силы… – Крис усмехнулась. – Ты маленькая, но смышленая и сильная. Впервые встречаю такого ребенка.
– А я впервые вижу настолько добрую и красивую девушку. – Риана улыбнулась Кристине в ответ.
– Мы с тобой очень похожи, кстати. Удивительно. Ты безумно красивая. Еще лет восемь – и от парней отбоя не будет.
– Ага, конечно. – Риана взяла несколько сухих веточек и подкинула в костер. – Ты видела меня? Кому я нужна с таким уродством? По-моему, я всю жизнь буду одна. Люди просто пялятся друг на друга, но никого не интересует, какой ты человек. А у меня даже руки нет…
Кристина вздохнула и протянула Риане палочку, на которую было нанизано несколько кусочков хлеба.
– Кушай, солнышко, – сказала она.
Ри принялась медленно отщипывать хлеб.
– Риана, – начала Кристина, усевшись поудобнее, – ты права. Никого не будет интересовать твой внутренний мир, если ты не обладаешь привлекательной внешностью. Но на каждого человека найдется тот самый ценитель. И он полюбит тебя без руки, без ноги, с тонкими губами, большим носом и кривым глазом. Понимаешь? Только на это нужно время. Нельзя застревать в недостатках и переживать, что ты никому не понравишься. Да, у тебя нет руки, но давай так: с этого дня ты будешь считать это своей особенностью. Изюминкой.
– Кристина, мне так грустно… Мне всего восемь, а я каждый день думаю о том, какая я уродина. Я смотрю на людей… а они все с руками! И даже не благодарят за них! Я только во сне могу ощутить, каково это – иметь обе руки…
– Правда? Тебе снится, что ты с обеими руками?
– Да. – Риана надкусила хлеб и начала медленно жевать. – Часто. И я каждый раз не хочу просыпаться. Только тогда я счастлива. И самое главное, что ничего не исправишь. Я слышала, что люди, у которых много-много денег, увеличивают себе губы или уменьшают нос, а вот чтобы кто-то себе новую руку пришивал – о таком я не слышала. Но даже если бы и пришивали, у меня-то все равно денег нет…
– Да уж. Денег нет и у меня. И я порой задумывалась, как бы хорошо было, будь они у меня. Хотя раньше они были. Но я потеряла все. – Кристина взяла еще одно покрывало и укуталась с головой.
– Ты вообще не рассказывала о себе, Кристи. – Риана внимательно посмотрела на нее. – Кто ты, откуда, какая у тебя семья?
– Наверное, я пока не готова этим делиться. – Кристина шмыгнула носом. – У меня было слишком страшное детство. Я жила со страшным человеком. Не могу рассказать тебе подробнее. Потом… Окунаться в это для меня – как снова попасть в ад. В свой личный ад.
– Ладно. – Ри вздохнула и посмотрела в сторону.
Неподалеку раздался смех детей. Кристина повернула голову и увидела, что несколько грязных мальчиков и девочек играют в снежки.
– Ри, беги к ним, твои ровесники ведь! – радостно сказала Крис.
Девочка поежилась и невесело улыбнулась.
– Кто? Я? Они меня засмеют. Здесь дети такие злые! Я лучше пойду с местными пьяницами познакомлюсь, чем с ними.
Кристина фыркнула.
– Иди! Чего ты одна вечно сидишь, размышляешь о смысле жизни. Тебе рано еще. И так умная выросла. Пожалуйста, ради меня, познакомься с ребятами. Уверена, ты им понравишься.
Риана закатила глаза и встала с земли.
– Может, ты и права… – Девочка несколько минут водила ногой по земле и в конечном итоге решила последовать совету Кристины. – Уговорила. Но, если они меня пошлют, я больше никогда в жизни не подойду к людям! Ясно?
Кристина закивала головой.
Риана снова вздохнула и неохотно побрела к детям. Четыре мальчика, три девочки. Все были веселые, хоть и оборванцы. Они радостно кидались друг в друга грязным снегом и валялись в нем. Ри подошла поближе, но знакомиться не решалась. Она подумала, что если просто постоит, то, быть может, ее заметят и пригласят поиграть.
Ребята убежали за небольшую пристройку, и Ри опять последовала за ними, скрывшись от глаз Кристины, которая внимательно наблюдала за малышкой.
Минут пять Риана стояла совсем рядом и молча смотрела. Спустя еще некоторое время она поняла, что на нее никто не обращает внимания. Когда она уже думала уходить, в нее прилетел снежок, а затем раздался голос какой-то девчонки:
– Эй! А ты кто такая?
Риана посмотрела на детей, взгляды которых были направлены прямо на нее.
– Меня зовут Риана, – дрожащим голоском ответила она.
– У тебя что, нет руки? – с каким-то омерзением спросила вторая.
Риана задрала голову, чтобы не пустить слезу. Ей настолько надоело, что все сначала обращают внимание на эту ее отсутствующую руку.
– Может, ты хочешь… с нами поиграть? – прервал неловкую паузу юный паренек.
Риана перевела на него взгляд и посмотрела в глаза. Удивительно, но они оказались точь-в-точь, как у нее, – светло-зеленые и невероятно большие.
Девочка хотела было уже открыть рот, чтобы с превеликой радостью согласиться, как внезапно ее опередила та же самая девочка, которая спросила про руку.
– Соул, ты больной?! У нее руки нет! Как она играть будет? Она инвалид!
Риана уставилась на мерзкую девчонку и не смогла сдержать слезы.
– Я не инвалид! – выкрикнула она и бросилась наутек, чтобы ребята не увидели, что она плачет.
Ри всегда стыдилась своих эмоций. Она бежала от них что было сил, а слезы бурным потоком струились по щекам.
Спустя пару минут она резко остановилась, упала на колени и закрыла лицо ладонью, зарыдав в голос.
– Почему же это досталось мне…
– Эй, Риана! – окликнул ее кто-то.
Она вздрогнула, обернулась и обнаружила, что ее догнал тот самый Соул. Он запыхался и тяжело дышал.
– Быстро же ты бегаешь! – выпалил он.
Риана округлила свои и без того огромные глаза и уставилась на него. Она никогда не общалась со своими ровесницами, а с мальчиками – тем более.
Мальчишка отдышался и присел на корточки.
– И чего ты ревешь? Не слушай ее, она часто чушь несет. Тупая как пробка. Ну нет у тебя руки, и ничего страшного. У меня вот пальца нет. – Соул протянул правую руку, на которой действительно не хватало безымянного пальца.
Ри чуть-чуть успокоилась: ведь она впервые в жизни общалась с человеком, который хоть чем-то был похож на нее.
– Меня Соул зовут. – Паренек улыбнулся, выпрямился во весь рост и протянул ей эту же руку.
Риана улыбнулась ему в ответ и ответила на рукопожатие.
– У тебя, кстати, очень красивые глаза! – Соул внимательно смотрел в ее зрачки.
– Спасибо. У нас с тобой они одинакового цвета, кстати… – Ри точно так же глядела на нового знакомого.
– Надо же, сколько у нас уже схожего! – Соул засмеялся. – Значит, подружимся. – Он снова протянул ей руку, чтобы помочь подняться с земли.
Ри приняла помощь и встала. Взгляды детей снова встретились. Соул оказался высоким для своего возраста и весьма симпатичным.
– Тебе сколько лет? – спросила Риана.
– Десять, – ответил он. – А тебе?
– А мне восемь. – Риана отвела взгляд и смущенно уставилась в сторону.
– Извини за вопрос, ты родилась без руки?
– Да. А ты родился без пальца?
– Да. – Соул поднял свою кисть и растопырил четыре пальца. – Всегда смеялся из-за того, что, наверное, мне не суждено жениться. Даже кольцо некуда надеть, – ухмыльнулся паренек.
Риана не сдержалась и громко засмеялась. Именно сейчас она поняла, что не одна такая в этом мире. И внезапно, должно быть, впервые в жизни, ей стало так легко, и сразу же захотелось получше узнать Соула.
Но счастливый момент прервали: Ри услышала женский крик. Возглас доносился из какого-то сарая, откуда и вышел ее отец.
