На Рибовски опустились сумерки, и все богачи заперлись в своих особняках. К одному из самых роскошных поместий подъехала черная машина, из которой вышел Кирилл Раевский. Он подошел ко входу, приложил ладонь к датчику, и двери моментально открылись перед молодым человеком, впуская его в дом.
– Сеньор, добрый вечер! – поздоровалась с ним прислуга в черной униформе. – Вам подавать ужин?
Кирилл нахмурился, а потом резко засмеялся.
– Какой еще сеньор?
– Простите, но ваш отец приказал теперь и к вам так обращаться.
– Забейте! – Кирилл двинулся в сторону кухни. – Чем больше папаша денег загребает, тем сильнее его мания величия. А я к этому отношения не имею. Вы работаете у нас еще с тех времен, когда я был маленьким ребенком. Не волнуйтесь, для вас я просто Кирилл, как и всегда. – Раевский взял из вазы на барной стойке зеленое яблоко.
Прислуга последовала за ним.
– Только яблоко? Вы не голодны?
– Есть совсем не хочется. – Кирилл сел на высокий табурет и придвинул поближе ноутбук, который лежал на стойке. – А вы отдохните. Я тут сам как-нибудь.
– Как скажете. Доброй ночи.
– Доброй… – бросил ей вслед Кирилл, надкусил яблоко и посмотрел на экран загружающегося ноутбука.
Через несколько секунд Раевский вздохнул и перевел взгляд на бутылки с алкоголем, которые стояли напротив. Немного подумав, слез с табурета, схватил бутылку красного вина и налил немного в бокал.
– Главное – не увлекаться, – пробурчал он себе под нос и снова сел к ноутбуку, сняв толстовку.
Кирилл сидел минут тридцать, потягивая уже третий бокал с вином.
– Ой, я не знала, что здесь кто-то есть! – послышался девичий голос.
Раевский сдвинул брови и пока что не спешил поворачиваться: он прекрасно понимал, что это очередная модель, которую отец затащил в постель.
– Как видишь, есть, – холодно ответил он и продолжил печатать, не отрывая пальцы от клавиатуры.
– А вы?.. – не унималась незнакомка.
Раевский перестал набирать текст и оглянулся. Она находилась в нескольких метрах от него.
– А я – человек, которого ты определенно не должна замечать, ведь платят тебе за утехи с моим отцом, а не со мной. – Кирилл сделал глоток вина.
Девушка плавной походкой направилась к нему и вскоре оказалась возле парня. Теперь он уже мог увидеть собеседницу во всей красе. Стройная высокая молодая особа с длинными песочными волосами. Все именно так, как любит отец.
– Почему-то я даже не удивлен. – Кирилл усмехнулся.
– Ты о чем? – Она прищурила глаза.
– Ты здесь раньше бывала? Или вы все настолько похожи, что я вас не различаю? Извини, но папаша водит сюда слишком много проституток. – Кирилл пожал плечами и вздохнул.
– Я не проститутка! – возмутилась девушка, и в ее глазах сверкнули злые огоньки. – Я работаю в модельном агентстве.
– Ах да, виноват. – Кирилл засмеялся. – А мой отец, вероятно, фотограф, раз ты здесь. Ну как фотосессия? Удачно? – Он скрестил руки на груди и самодовольно посмотрел на девушку.
– Да пошел ты! – взвизгнул она, взяла яблоко из вазы и выскочила из кухонной зоны.
Кирилл пригубил вино, смакуя задержавшееся во рту послевкусие.
– Сеньор! – послышался голос охранника.
– Да что ж такое! – Раевский сполз с табурета и посмотрел на мужчину. – Кирилл я, называйте меня Кирилл. Что вы хотели?
– Приехала ваша девушка, просит, чтобы ее пропустили. Как быть?
– Бывшая девушка, – поправил Кирилл. – Ладно, пусть пропускают. И проводите в мою комнату!
Оказавшись в спальне, Раевский нажал на рубильник, и на потолке моментально зажглись крошечные светильники, создававшие иллюзию созвездий. Парень лег на огромную кровать, покрытую белоснежным покрывалом, и принялся ждать.
Через пару минут в комнату вошла Алиса. Она остановилась, посмотрев на лежащего Кирилла.
– Привет, – поздоровалась Алиса мелодичным голосом.
– Привет, – ответил Кирилл. – Что тебе нужно?
Она несколько секунд молчала, а потом закусила нижнюю губу.
– Я совершила ошибку. Прости за то, что я ляпнула. Не хочу с тобой расставаться. Давай забудем об этом и начнем все сначала?
Кирилл медленно встал с кровати, поплелся к подоконнику и закурил сигарету.
– Ты не хочешь, а я-то хочу. – Он посмотрел на свою бывшую.
Рассеянный свет лампочек озарял Раевского, подчеркивая рельефное тело парня.
– То есть как… – На глазах Алисы выступили слезы. – Ты не любишь меня?
Кирилл затянулся, наполнив легкие никотином, а потом медленно выпустил дым и посмотрел ей в глаза.
– Я влюблен в другого человека, – ответил он серьезным и спокойным тоном.
Эта фраза окончательно добила девушку: Алиса заплакала.
– И давно?..
– Давно. – Кирилл отвернулся к окну и смахнул пепел во двор. – Давай не будем устраивать скандалов, не будем что-то выяснять и мирно разойдемся. Пусть в наших головах останутся лишь светлые воспоминания. Ты говорила, что устала от меня. Теперь отдыхай, Алис.
– Но… кто она? – Девушка вытерла слезы и подошла к Раевскому. – Филисса? Да? Она? Ты постоянно ее упоминал и хотел вытащить из Алегрии! Нет, ты что, втрескался в эту сучку высокомерную? Кир, у тебя совсем крыша поехала? Променять меня на нее!
– Алиса, нам надо просто расстаться. Это не Филисса. Я не обязан тебе докладывать. Хватит информации, что у меня такой человек есть, больше я ничего не скажу. Наши отношения давно шли ко дну. Я бесил тебя, а ты – меня. Мы не понимаем друг друга. Надоело. Уходи, пожалуйста.
Девушка выпятила подбородок и шмыгнула носом.
– А знаешь, ведь я тебя бросила. Не ты меня, а я! Ты сейчас все придумываешь, чтобы не казаться таким жалким. Но ты в любом случае жалок, Раевский. – Она сделала шаг назад.
– Ладно, пусть будет так. – Кирилл усмехнулся. – Прошу! – Он указал на выход.
– Я уйду, да, – продолжила девушка и направилась к двери. – Уйду, – повторила Алиса и открыла ее. – Но ты еще пожалеешь, что не попытался меня остановить!
– Я скорее сдохну, чем пожалею. – Он потушил бычок и побрел обратно к кровати, упал на нее и погрузился в глубокий сон.
Наконец-то случилось то, чего я долго ждал. Я могу законно попасть на территорию Алегрии и помочь друзьям. Страшно ли мне? Не описать словами насколько. Прошло несколько месяцев, а я даже думать не хочу, что с кем-то из них могло что-то произойти. Я постоянно представлял, как встречусь с Армо и отдам ему подарок. Я воображал искреннюю улыбку этого оболтуса и знал, что обязательно увижу гордость в его глазах. Ведь несмотря ни на что он всегда верил в меня и не сомневался, что я спасу и его, и остальных.
Как же мне хочется отблагодарить Армо за все, что он для меня сделал!
Если бы не Армо, я бы сгнил в трущобах. Друг так любит жизнь… Он помогал мне держаться на плаву и верить в то, что все наладится. Этот человек заслуживает того, чтобы быть счастливым. Ну а я сдержу слово. Я поправлю его здоровье, помогу ему устроиться на работу, решу все проблемы, связанные с жильем.
Отплачу за свое спасение. Обязательно…
Я вернулся в реальность, увидев клинику, которая показалась из-за поворота. Я не послушал бабушку и решил навестить Гюстава, проведав его хотя бы на несколько минут. Семья Филиссы мне очень близка: мне и правда страшно, что подруга может остаться круглой сиротой. Кто-то совершил покушение на родителей Лиссы, и это действительно ужасно. Несмотря на то, что охрана Гюстава удвоилась, я все равно переживаю и хочу, чтобы он был в безопасности. К тому же мне нужно рассказать ему, что Лисса находится далеко не в самом благоприятном месте.
Я вышел из машины и бросился к зданию клиники.
– Здравствуйте, – сказал я, когда приблизился к ресепшену. – Меня зовут Тэрриэль Ривман, я уже бывал здесь. Мне нужно навестить Гюстава Бенуа, сообщите ему обо мне, пожалуйста.
Женщина кивнула и достала рацию, что меня совсем не удивило.
– В палату к Гюставу Бенуа хочет пройти некий Тэрриэль Ривман. Спросите у пациента, можно ли его впускать.
– Принято, – раздался мужской голос из рации.
Я нахмурился и наблюдал за женщиной. Сотрудница клиники оторвалась от рации и посмотрела на меня.
– У нас чрезвычайная ситуация. Второй этаж оцеплен охраной, поэтому предприняты такие меры. После случая с Анастасией Бенуа, сами понимаете. Жизни Гюстава Бенуа угрожает опасность. Вы не знали, что Анастасию убили прямо в клинике?
Я внимательно слушал сотрудницу, делая вид, что ошарашен. Но на самом деле я, конечно, уже давно был в курсе. Кроме того, меня мучили угрызения совести, что именно я был последний человеком, который разговаривал с Анастасией и видел ее живой. Ее убили при мне, а я в тот момент даже ничего не заподозрил. Хотя разве я мог знать, что «доктор» окажется подставным.
– Прием, – раздался голос в рации. – Гюстав дал разрешение на проход.
– Принято, – ответила женщина. – Итак, Тэрриэль, второй этаж, седьмая палата.
Я кивнул и быстро поднялся по лестнице. Помню, Анастасия была крайне изумлена при виде меня, думаю, и Гюстав сейчас удивился, узнав, что я хочу его навестить. Все уже давно привыкли к мысли, что я пропал без вести, и никто не надеялся, что я найдусь.
Очутившись на втором этаже, я увидел дюжину охранников в черных костюмах. Да уж, а он и правда хорошо печется о своей жизни. Я подошел к седьмой палате, открыл дверь и переступил порог. На койке лежал Гюстав, который был чуть ли не полностью перебинтован и загипсован. Он открыл глаза и устремил свой взгляд на меня. В нем читалось все. Тревога, страх, отчаяние.
– Как бы странно это ни звучало, но я очень рад, что вы выжили, – произнес я и опустился на стул.
– Терри, я не могу поверить своим глазам! И я хочу сказать тебе то же самое. Я очень рад, что ты выжил, – ответил он. – Где ты пропадал?
– Я был в том месте, о котором даже говорить страшно. Как только вы поправитесь, я обязательно расскажу подробно, если будет интересно. Сейчас важно другое. Теперь там находится Филисса.
Мужчина сразу же изменился в лице. Он замолчал и, похоже, даже боялся рискнуть что-то спросить.
– Но не говори мне, что она попала в…
– Верно, – перебил я. – Она в Алегрии. Вы ведь об этом?
– Да, – подтвердил он. – Но как такое произошло?! И когда она туда угодила?
– Несколько месяцев назад. – Я тихо вздохнул. – Не знаю, как она… Не представляю, смогла ли выжить. Алегрию сложно выдержать даже стойкому мужчине, что уж говорить про слабую и беззащитную девочку. Я очень боюсь за нее. А вдруг с ней что-то случилось? Не буду вдаваться в подробности, но у меня только что появился пропуск. И сегодня же я поеду в Алегрию и попытаюсь найти Лиссу.
– Нет, она там не выживет. – Глаза Гюстава наполнились слезами, а лицо исказилось от невыносимой душевной боли, и мне стало не по себе. – А виноват я. Именно я лишил дочь денег. Не интересовался ее жизнью. Хотел проучить, думал, что Лисса справится и научится хоть что-то ценить. Получается, что все время, пока я жил в свое удовольствие, дочка скиталась по Алегрии. – Гюстав сжал зубы и закрыл глаза.
– Нет, никто не виноват. Такова жизнь, – попытался успокоить я отца Лиссы. – Несмотря ни на что, у нее сильный характер… и я хочу верить, что она справилась. А я… я всей душой люблю ее. Она для меня всегда была как сестра. Я не вынесу, если узнаю, что это мерзкое место убило ее.
Гюстав открыл покрасневшие от слез глаза и вновь заговорил.
– Моя бедная девочка! Лисса… она ведь даже не в курсе, что и в Рибовски творится несусветный ужас. Не знает, что случилось с мамой. Терри, на нас кто-то действительно охотится, и я пока плохо понимаю, что нужно этим людям, ведь они даже не требуют денег. Они, похоже, жаждут нашей смерти.
– Мне искренне жаль Анастасию. Я был последним, кто с ней говорил. Она хотела мне что-то рассказать, но, увы, так ничего и не успела…
– Я любил ее, – еле слышно прошептал Гюстав. – Я все равно всегда любил ее.
Интересный поворот, учитывая, что не так давно я узнал – родители Лиссы развелись, и Гюстав даже успел найти другую женщину.
– Но вы ведь развелись, – вырвалось у меня.
– Да. Просто я гребаный трус. Не мог смириться с недугом Анастасии и бросил ее. Дочь оставил без гроша, отверг больную жену. Черт бы меня побрал. – Он зажмурился и медленно выдохнул.
– Гюстав, – уверенным тоном сказал я и посмотрел на него. – Что хотела сказать мне Анастасия? По ее словам, вы были против того, чтобы кто-либо знал.
Мужчина открыл глаза и кинул на меня испуганный взгляд. Я сразу же понял, что он прекрасно обо все осведомлен, и почувствовал себя окончательно заинтригованным. В семьи Бенуа определенно есть важные тайны.
– Терри, а Эдвард тебе ничего не говорил про отношения с Лиссой?
После услышанного я округлил глаза и приоткрыл рот.
– Отношения? Они встречались?!
– Значит, не говорил. Получается, ты не знаешь главного.
По телу пробежали мурашки – теперь мне точно стало совершенно не по себе.
– Я был против того, чтобы информация просочилась. Но если Анастасия хотела тебе рассказать и не смогла, значит, я должен сделать это за нее. Я не сумел спасти ее, но хотя бы выполню ее последнее желание. Терри, только прошу, Филисса не должна ничего знать. Рассказываю тебе, но лишь потому, что Эдвард – твой брат, и, возможно, когда-нибудь ты захочешь увидеть… – Он резко замолчал и отвел взгляд в сторону.
– Кого увидеть? – прошептал я.
Гюстав посмотрел на меня.
– Дочь Эдварда.
