- Потому что он жив благодаря силе красного бога, - сказала она. – Убит во льдах, возрожден в пламени, не живой, но и не мертвый. Обладатель Рога Зимы и повелитель великанов. Принц, который был обещан, и истинный хозяин Светозарного. Кто же он, как не Великий Иной во плоти?
Вель побледнела. Она хотела было возразить, но передумала.
- Согласна, он не такой, как прежде, - через мгновение произнесла она, стараясь казаться снисходительной, - но он говорит, что мы те, кем стали сами, а не кем были рождены. Вы должны нас пропустить. Мы идем на север за драконом.
- Драконом? – В своих видениях Бран ни разу не видел дракона.
- Так он говорит. Он покончил с красной женщиной, так что на карту поставлена его жизнь. И наши тоже. – Вель умоляюще посмотрела на Листочка, но та даже не шевельнулась. – Вы ведь знаете, у нас нет времени.
- Нет, - ответило Дитя Леса. – Мы только что выковали заклятья заново и дорого за них заплатили – и мы, и Трехглазая ворона. – Листочек мельком взглянула на Брана. – Если Джон Сноу сможет войти сюда, смогут и другие мертвецы. Он – Иной. Он не должен пройти.
- Именно поэтому он и разрушил проклятую Стену! – взволнованно заявила Вель. – Он никогда не смог бы вернуться к нам, не смог бы сжечь Иных, стоящих у ворот, если бы не подул в Рог Зимы. Вот что происходит. Все должно рухнуть. Все должно погибнуть. Мне это нравится не больше, чем вам, но это так.
Листочек снова покачала головой.
- Дети Леса удерживали это место тысячи и тысячи лет. Против андалов, против Иных, и из льда, и из пламени. Мы не выживем рядом с таким, как он. Джон Сноу не должен пройти.
Бран хотел было возразить, но внезапно подумал, а выживет ли он рядом с Джоном, ведь он обязан жизнью силе Детей Леса. Он не вполне понял, что имела в виду Листочек, но он видел преображение Джона и понимал, что не стоит недооценивать то, во что он превратился. Но как Джон может быть Великим Иным? Они говорили друг с другом, они увидели и узнали друг друга, он сам велел Джону пробудиться и восстать. А я ведь не Великий Иной. Неужели Джон им стал?
- Но ведь можно что-то сделать, - настойчиво произнес Бран. – Должен же быть способ.
Листочек посмотрела на него почти с жалостью, как на неразумного младенца.
- А кто удержит заклятья, если мы снова их разрушим? Чьей кровью они будут написаны?
- Моей.
Бран и Листочек удивленно обернулись. Вель стояла перед ними, сжав кулаки и вздернув подбородок, ее глаза горели огнем. Никто из них не ответил, и тогда она сделала два шага вперед, стащила с руки перчатку и резко отвернула рукав, обнажив предплечье.
- Если все, что нужно, - это кровь, давайте делайте свои заклятья. Я не допущу, чтобы весь мир рухнул из-за того, что были пролиты реки крови, но в самом конце не хватило одной капли.
- Ты не понимаешь, о чем просишь, человек, - зловеще произнесла Листочек. – Нельзя обернуть вспять то, что уже сделано. А если ты отдашь наш холм Иному, чудовищу…
- Да, Джон – чудовище, но он не демон. И вы сами сказали, что он убит во льдах и возрожден в пламени. Разве после этого он не стал красным богом?
- Рглор и Великий Иной – две стороны одной монеты. В этом месте…
Бран не успел даже моргнуть, как Вель вытащила из-за пояса бронзовый кинжал. Резким, жестким, коротким движением она провела им по обнаженному запястью. Хлынула темно-алая кровь.
Стиснув зубы, Вель повернула руку так, чтобы кровь начала капать на листья, капля за каплей.
- Делай свои заклятья, - приказала она Листочку. – Давай.
Дитя Леса на миг застыло, словно раздумывая, а потом Листочек шагнула вперед, присела на корточки и сделала странное движение пальцами, рисуя в крови какие-то фигуры и что-то вполголоса напевая. Бран завороженно смотрел; до него донесся далекий звон колоколов, золотой свет мигнул и заметался, словно от сильного ветра. Глухой гул, который он уже слышал, когда Дети Леса пожирали его плоть, становился все громче и громче. Из ушей потекла кровь; Бран упал на колени, тяжело дыша и зажимая уши, и вдруг шум прекратился.
Он поднял голову. Вель осталась стоять, но она была бледна как полотно. Девушка кутала раненое запястье в плащ. Листочек явно выглядела недовольной тем, что ее перехитрили. Наконец она резко произнесла:
- Идемте.
Бран и Вель последовали за ней к выходу из пещеры. Бран все еще не мог поверить, что может ходить. Он так расхрабрился, что даже предложил руку Вель, которая шла чуть позади, но та насмешливо улыбнулась и сказала:
- Не стоит, ворона. Я не собираюсь падать в обморок, как в обычае у женщин поклонщиков.
Мира не упала бы в обморок. Брану стало невыносимо грустно. Его душили слезы, но он ухитрился выговорить:
- Джон здесь?
- Да, - Вель слабо улыбнулась. – Уверена, он тебе обрадуется. Ты ведь его брат.
Обрадуется? Я его брат? Бран не знал, кто он теперь и кто теперь Джон. Он вскарабкался вверх, подтянулся и вылез из прохода в новый зал. Внезапно ему стало страшно. Он сможет быть с Джоном, пока кровь Вель удерживает заклятья, а если заклятья рухнут… Джон теперь так далек, он так изменился…
