- Да ты! – обиделся Смирнянский. – Ужас, ну и недогадливые! Когда у Федохина заканчивается временная прописка?? – надвинулся он на обалдевшего Муравьёва.
- Три-тридцатого августа-а, – выдавил Муравьёв, пятясь на кухню от мельтешащей у носа массы костей. – А-а что?
Смирнянский не успел вывалить на огорошенную голову Муравьёва все свои соображения по этому поводу, потому что распахнулась дверь, и из коридора медведем ввалился Ежонков.
- Слушай, Игорь! – обрушился он на Смирнянского. – У этого Сидорова ни одного «жука» на хате нету! Я так не играю.
- Чисто работают, – согласился Смирнянский, отцепившись от Муравьёва. – Я только одного нашёл. На, глянь, что за система?
Смирнянский протянул Ежонкову найденную за зеркалом Интермеццо камеру. Ежонков схватил, поднёс к глазам и, поглазев минуты две, внезапно заявил:
- Эй, Игореша, это же моя камера! Я её сегодня поставил, чтобы посмотреть, кто сюда ещё после нас завалит! А ты её испортил!
- Тьфу ты, пропасть! – плюнул Смирнянский прямо на пол и задвинул Ежонкову символический подзатыльник. – Я-то думаю, почему они такую дешёвку влепили, а это ты! Конторка-то у тебя бедновата, братишка!
- Кто бы говорил! – проворчал Ежонков, пытаясь пристроить свой «жучок» назад, откуда сковырнул его Смирнянский. – Сам в конуре живёшь! А я эту камеру на свои деньги купил! Не сопру же я с работы!
- А, ну да, конечно, честный, – фыркнул Смирнянский. – А мы тут без тебя кое-что нашли. Пробей-ка по своим каналам, существует ли в природе человечек по имени Федор Федохин.
- Чёрт! – ответил ему Ежонков, потому что его камера так и не пожелала пристраиваться на место, а завалилась за тумбочку и потерялась там. – Ладно, пробью. Фотку давай?
- Фотка от нас в окошко убежала, – буркнул Смирнянский. – А сейчас мы с тобой пойдём Серёгина с Васьком искать. Куда они уже там забурились – шут разберёт. Но у меня есть парочка вариантов. Синицын у тебя где?
- Чёрт! – снова ответил Ежонков, ползая по полу в пыли под тумбочкой в поисках своего недорогого «жучка». – А-апчхи! – чихнул он, затянув эту самую пыль носом.
- Будьте здоровы, – вставил Муравьёв, который просто топтался в сторонке.
- Спасибо! – фыркнул Ежонков, отплёвываясь от пыли и паутины. – Синицына я у себя в хатке запрятал, чтобы «ГОГР» не нашёл. Я подумал, что у Сидорова его заграбастать могут. Если он тебе так нужен – я ему звякну.
- Так давай быстрее, чего копаешься? – осведомился Смирнянский и сунул Ежонкову свой мобильный телефон. – Звони с моего, если со своего боишься!
====== Глава 75. Штольня. ======
Серёгин и Недобежкин сейчас находились точно под штольней закрытой шахты имени Кона. Если бы они свернули в тот боковой ход, который только что миновали крейсерским шагом – то попали бы точно в штольню и вышли бы на поверхность. Но они об этом не знали, зато отлично знал тот, кто сейчас следовал за ними. Пётр Иванович и его начальник шли прямо, никуда не сворачивали и надеялись отыскать если не ГОГР, то Сидорова, если не Сидорова, то хотя бы «банду Тени», а если и банду не получится – то хотя бы выход. Выхода, кажется, не было, а кушать уже хотелось, и в связи с этим Пётр Иванович вспомнил достаточно остроумный анекдот: «На позывы желудка не отвечайте, пусть выпутывается сам!». Вот Серёгин и старался «выпутываться сам», хотя голодный желудок всё настойчивее требовал «бензин». Недобежкин тоже не отказался бы от котлетки-второй, но он мужественно молчал, потому что являлся НАЧАЛЬНИКОМ. Продвижение по лабиринтам подземелья казалось медленным, словно ход улитки. Фонарик начинал тускнуть: кончался заряд аккумулятора. «Кажется, скоро мы окажемся в полной темноте» – такая неприятная подспудная мысль давно начала посещать обоих, но каждый был уверен, что ещё чуток – и найдётся вожделенный выход.
Шаг, второй, третий – оба не переставали уверенно шагать вперёд. Пещера сделала неожиданный изгиб, фонарик пару раз мигнул, предупреждая о том, что скоро лишится заряда и тут кое-что произошло. Впереди нежданно-негаданно выросла глухая стена, выложенная из крупных гладких булыжников. Слабеющий луч фонарика робко шарил по ней, но найти хотя бы малюсенькую лазеечку так и не смог.
- Чёрт! – шумно вспылил Недобежкин, хлопнув себя ладонями по коленкам. – Что за чёрт! Мы же прямо шли!
Пётр Иванович огляделся вокруг. Нет, тупик не совсем глухой – повсюду в разные стороны разбегаются узкие боковые ходы. Но разве заставишь Недобежкина в них лезть?? Это всё равно, что запихнуть слона в мышиную нору!
Недобежкин, видимо, тоже искал альтернативный выход: он ходил от одной узкой тёмной щели к другой и примеривался, в какую из них им с Серёгиным следует пойти. Но нет, милицейский начальник не изменил своим принципам: лезть в боковой ход он не стал. Недобежкин остановил своё движение у глухой стены, повернулся к ней спиною и основательно, начальственным тоном изрёк:
- Идём назад.
