Три фигуры переглянулись. Прохладная улыбка коснулась губ Торквемады, когда она перевела взгляд обратно на мальчика.
— Я думаю, тебе стоит пройти с нами. Для наглядности…
Путь был едва освещен. Странные личности не проронили ни звука все время до входа в церковь и в итоге зашли под каменный свод, молчаливо склоняя головы. Мики не мог отогнать от себя впечатление, что вокруг действительно не двадцать первый век, он словно попал в иную реальность, в древность, безмолвно ступая за новыми знакомыми по каменным плитам. Ему никто не мешал развернуться и уйти, но вместе с тем покинуть это место не представлялось возможным.
Любопытство и желание выполнить обещание, данное самому себе, заставляли молодого человека идти. Не оборачиваясь.
Он поднял глаза и увидел новый вход, подсвеченный смутным пятном. Один из мужчин достал фонарь, освещая себе дорогу, пока силуэты плыли к дальнему нефу.
— Почему у меня такое ощущение, что мы здесь незаконно? — пробормотал Мики себе под нос.
— Нет ничего незаконного в том, чтобы выполнять волю божью, — туманно отозвался Луций.
Пробормотав нечто невнятное, мужчина склонился над люком, ведущим в подвал.
— Сюда.
Вдруг сердце Мики забилось ровней; тревога и страх начали покидать его, утонули в невозмутимом спокойствии, точно обломки кораблекрушения, смытые с берега волной отлива.
— Ты идешь? — Женщина еще раз обернулась.
— Да, — Мики уверенно посмотрел на нее.
Изображения исчезали и таяли, как гаснет картина на сетчатке закрытых глаз. Фигуры принялись плыть вниз по винтовой лестнице. Их движения были хотя и спокойны, но необычайно стремительны, угловаты, как у зомби. Рядом с ними Мик казался сам себе карикатурой на человека. На нижней площадке Луций отворил дверь в стене, за ней начинался еще один темный коридор.
— Охотники, или хантеры, — внезапно заговорила Скайлер, — существовали с древних времен. Ирландия, Европа, Испания — нет почти ни одной страны, которой бы не коснулась чума ведовства. Твари, обратившиеся к магии, подвергались гонениям и массовым сожжениям, начиная с раннего средневековья и позже.
— Но охота же прекратилась, когда люди поняли свою ошибку! — возразил озирающийся по сторонам Мик.
Скайлер слегка обернулась.
— Не было никакой ошибки. Просто все это… ммм… ушло с виду. Охота все еще идет. Эта война никогда не прекратится.
— Но…
— Слушай внимательно. Эти уроды никогда не были безобидны. Они убивали, всегда и везде, чтобы поддерживать собственную жизнь. Они проводили ритуалы, отравляли воду и воздух, насылали эпидемии, грабили и насиловали мирное население… Все наши беды исходили от них и только от них!
Мики заткнулся. Он молча переваривал то, что слышал, и при этом его удивление было невозможно описать словами.
— Мы выжигаем нечисть. Преследуем и делаем так, чтобы их души вечно горели в Аду и не попали даже в чистилище. Они не заслуживают этого, — лицо женщины заострилось, когда она остановилась, чтобы посмотреть на парня. — Мы сейчас зайдем в особую комнату. Если ты действительно хочешь найти тех, кто покалечил души твоих родных, я думаю, мы сможем тебе доверять?
Мики кивнул. Еще никогда он не хотел чего-либо более сильно.
— Хорошо, — Скайлер пронзительно глянула на него. — Но не падай в обморок.
Дверь открылась. Впечатление о том, что время изменило свое течение, будто бы хлестнуло Мики по лицу. Они очутились в громадной темной комнате наподобие бального зала. Не пойми откуда взявшийся подвал был явно древнее, чем здание церкви. Дверь за их спиной захлопнулась, и свет пропал раньше, чем он успел рассмотреть помещение, затем раздался шорох шагов и голос Скайлер, немного гулкий из-за обилия камня:
— Все, что ты сейчас увидишь, — для многих уже история. Но только не для нас. Мы все еще можем изменить этот мир. Ты обещаешь хранить молчание о нашей встрече?
— Обещаю...
Несколько огоньков, вспыхнув, осветили свод. От увиденного Ривьера пошатнулся и вцепился в ближайшую стену.
— Помещение перед тобой – место, куда попадают только охотники. Оно открыто нам из любой церкви мира, где бы мы ни оказались.
— Как это возможно?
— Я объясню все по порядку. Иди, — женщина слегка подтолкнула его ладонью.
Свет фонарика Луция рассеял темноту даже у дальних стен зала, молчавший все это время до этого Конрад высоко поднял свой фонарик и медленно двинулся вперед, обходя помещение по периметру.
В дрожащем, неровном луче вокруг Мики открылся фантастический мир картин в глубоких, мрачных тонах, крючьев, ржавых, металлических предметов, клеток и орудий пыток. Кресло с гвоздями наружу стояло у дальней стены. Железная Дева висела под потолком, таращась на вошедших мертвыми, бездонными глазницами. *
