====== Глава 88. Сенцов на мушке. ======
Константин не подозревал, что валяется носом в диван, и мобильник его валяется около согревшегося пивка. Ему снился сон – хороший, добрый сон, в котором Катя вовсе не ушла от него. Константин пригласил её в кино, и Катя с удовольствием пошла, как раньше, когда они не ругались, и когда Сенцова не преследовали ни “туристы”, ни “репейники”... Фильм был детский – “Хроники Нарнии”, которых Константин никогда не видел в жизни. Он не знал, о чём показывали в настоящем фильме, но в “Нарнии” Сенцова жили проклятые “туристы” и “репейники” – с автоматами из сороковых годов, с фантастическими летающими машинами, которые так и разъезжали по балконам мирных граждан. Катя смотрела на них взахлёб – аж подалась вперёд и хлопала в ладоши. А Сенцов заметил, что кроме них, в тёмном зале нет ни души... и холодно тут как-то, словно откуда-то дует холодный сыроватый ветер... Катин смех перекрыл все остальные звуки, а на широком экране “туристы” боролись с “репейниками”, с байкерами, с Крольчихиным, и с кем-то ещё, кто всё время держится в тени и возникает лишь тогда, когда опасность грозит всей вселенной... ХЛОП! – внезапно распахнулась дверь – неожиданно тяжёлая, стальная и толстенная, в тёмный зал хлынул поток дневного света, в лучах которого высился... “турист”... Константин удивился тому, каким образом он слез с широкого экрана, а “турист” тем временем, маршируя, подошёл к ним... Катя не замечала его – смеялась, глядя фильм, а “турист” вдруг протянул к ней свою широкую руку... -Стоять! – Константин вспомнил, что он – мент, выхватил табельный пистолет, но турист его оружие проигнорировал и жёстко схватил Катю за плечо. -Костя! – истошно взвизгнула Катя, вмиг побледнев, вырываясь. Но “турист” держал, как клещами, взвалил Катю на плечо, потащил прочь... -Стоять! – грозным голосом повторил Сенцов и выпалил из своего пистолета прямо в “туриста”, который, похохатывая, тащил Катю к... широкому экрану. Но сенцовская пуля со звоном отскочила от широкой груди “туриста”, словно бы он нёс на себе слой брони, и “турист”, хохотнув, прыгнул вперёд и растворился в глупом фильме... -А!! – Константин в ужасе заверещал и... вдруг бухнулся на что-то жёсткое. -Ой... – заныл Сенцов, барахтаясь... Во сне он свалился с дивана на своё постылое потеплевшее пивко, стукнувшись об пол и о бутылку. Никакого пустого кинозала, никакой “Нарнии”, никакого “туриста” и никакой Кати. Только не выключенный телик, “взрывающийся” “Большим завтраком” на канале “Интер”, нетронутые бутерброды на тарелке, разряженный мобильник и нестерпимое утреннее солнце.
“Чёрт...” – подумал про себя Сенцов, осознав, что запросто мог проспать работу, вскочил с пола, рванул к часам и увидел, что сейчас только полседьмого утра. На сей раз ему повезло – не опоздал – можно даже съесть бутерброды, помыться, переодеться...
