На кухне что-то изменилось. Я никак не могла понять что именно. Она словно преобразилась, хотя это была все та же кухня, на которой я обитаю уже два года. Люцифер поставил на стол две глубокие тарелки с дымящимся супом. Его аромат наполнял пространство, заставляя активно выделяться слюну.
— Что это?
Я заглянула в тарелку, где лежала лапша с золотистыми кусочками слегка обжаренной курицы. Сверху блюдо венчала россыпь зелени. Все было настолько простым и в то же время таким эстетичным, что фото этой тарелки можно было прямо сейчас размещать в меню какого-нибудь ресторана.
— Рамэн с курицей.
— Ох, — я повела носом, втягивая аромат. — А я как ни сварю суп, так вечно ложка стоит в нем.
Люцифер только пожал плечами. Что-то меня смущало, и я никак не могла понять, что именно, пока не обратила внимание на цвет тарелки. Это была не моя посуда.
— Откуда тарелки?
— Купил, — невозмутимо ответил он. — На твоих были сколы.
— Правда? — я выдвинулась к шкафу с посудой. — Никогда не замечала.
Открыв дверцу, обнаружила внутри четыре новые тарелки жизнерадостного лилового цвета и две новые белоснежные кружки.
— С ума сойти, — все, на что меня хватило.
Я закрыла шкаф и замерла на месте, не отпуская ручки. Открыла и закрыла дверцу два раза, прежде чем до меня дошло.
— Ты починил его? — я ошарашенно уставилась на Люцифера.
— Ну да, — он оставался невозмутимым.
Петли больше не скрипели, а створка висела ровно. Я спрятала виноватый взгляд в разглядывании печки, и тут меня тоже ждал сюрприз. Моей сковородки не было. Ее почетное место занимала новая, черная с таким же черным, ровным покрытием внутри.
— А где Изольда? — я испуганно посмотрела на Люцифера.
— Кто? — он поднял брови.
— Изольда. Моя сковородка.
Люцифер отделился от столешницы, на которую опирался, и устремил взгляд на печку.
— Выкинул. На ней нельзя готовить, — наставительно заверил он. — Зачем ты даешь имена неодушевленным предметам?
— Изольда, — я выпятила нижнюю губу. — Мы с ней прошли Афганскую войну.
Люцифер приложил пальцы к губам, смотря то на меня, то на обновку.
— Заметно, — нарушил он молчание. — Непригодная посуда в коридоре, в пакете. Конечно ее можно оставить, но я бы не советовал.
Я подняла на него взгляд и хотела опять поплакаться о том, как прикипела к своим, пусть и не новым вещам, как заметила еще кое-какую перемену.
— Куда ты дел Изю?
Люцифер скосил на меня глаза, вернулся взглядом к сковороде и потом опять ко мне, непонятливо хмурясь.
— Паук в углу. Изя. Они с Изольдой сводные брат и сестра, — начала трещать без пауз, рассказывая, что к чему. — Однажды ночью я пришла на кухню попить воды и застала Изю в Изольде. Сначала я негодовала, но потом подумала… Ну знаешь, — я развела руками. — Они ведь не родные, кто я такая, чтобы мешать их счастью?
Люцифер молча смотрел на меня, ожидая, когда я закончу, приложив кулак к губам, и только веселый прищур глаз выдал его реакцию.
— Он переехал, — Люцифер едва сдерживался. Было заметно, как его распирает от смеха.
— Куда?
— На родину, в Израиль.
Повисла тишина, через секунду разорванная нашим громким смехом. Люцифер качал головой, словно не веря тому, что поддерживает мои дурацкие шутки.
«Боже, надеюсь в его поисковых запросах не появится что-то вроде «Смирительная рубашка купить онлайн»».
У меня не получалось больше обижаться и строить из себя недотрогу. Поддавшись порыву, я кинулась к Люциферу, обвивая его руками и прижимаясь щекой к теплой груди. Он изумленно вздохнул и стиснул меня в своих объятиях.
— Что случилось? Я прощен? Суд присяжных меня помиловал? Мне отпустили все грехи? — бойко подкалывал меня мужчина.
— Да ну тебя, — я подняла на него глаза. — Я не злюсь и не обижаюсь.
— Что изменилось?
«Я читала твою переписку. Ну же, Уилсон. Давай, признайся».
Интересно, если я скажу это в чокере и с членом во рту, как долго он будет злиться?
Я застыла, рассматривая Люцифера в ярком освещении и непривычной мне одежде. Как же ему шла эта белоснежная футболка. Она создавала контраст с его черными татуировками, выгодно выделяя их на теле и подчеркивая смуглую кожу. Он выглядел счастливым, довольным жизнью. Не осталось ни тени той мрачности, которую он всюду носил с собой раньше.
— Что-то с освещением, — брякнула я, разглядывая его идеальные, правильные черты лица.
— Вкрутил лампочку поярче, — он возвел глаза к потолку, начиная поглаживать мою талию.
Я удивленно открыла рот, смущенно закусывая губу.
— Несущий свет? — Люцифер игриво приподнял бровь на мой своеобразный комплимент. — Когда ты успел все это сделать? — я пыталась перевести тему, но мне и правда было интересно.
— Починить дверцу и вкрутить лампочку занимает не так много времени. Суп тоже быстро готовится.
Я хотела сделать вдох, но вместо этого удрученно и тихо простонала.
— Ты самый лучший, — вырвалось у меня прежде, чем я поняла, что сказала это вслух.
