Когда с наведением порядка было покончено, начальник ушел, оставив меня и парня своей погибшей дочери наедине. Я молчаливо сидела за стойкой, чувствуя себя неуютно в компании напившегося от отчаяния Тома. Он был молчалив и угрюм пуще прежнего. Я же задумчива и не в своей тарелке ввиду открывшейся из дневника правды. Парень достал из кармана какую-то безделушку и начал крутить ее в руке, сильнее налегая на алкоголь. За пару-тройку щедрых прикладываний пивная кружка опустела. Я встала, собираясь повторить, но Том вскочил, нетрезво пошатываясь, швырнул предмет. Тот покатился и упал, звонко встретив поверхность пола. Том, качаясь, шел к двери, на ходу натягивая куртку.
— Эй! Ты уронил! — я выудила предмет из-за ниши в стойке, куда он закатился.
Парень обернулся, вперивая в меня осоловелый взгляд.
— Мне это не нужно, — с примесью злости ответил он.
Я рассмотрела предмет, поднятый с пола. Им оказалась маленькая подвеска. Прозрачный шар с имитацией скоплений звезд синего и фиолетового цвета.
— Ты знала? — Том стиснул челюсти, сканируя мою реакцию замутненным взглядом. — Она хотела меня бросить.
«Ох, черт».
— Нет, я не... — я прокашлялась. — Мы были больше коллегами, не подругами.
— Я хотел подарить ей что-то милое, — парень отвернулся, уставляясь в большое окно, за которым поджидала непроглядная ночь. — Перед тем как… — он стремительно крутанулся, едва не свалившись на пол, но удержался. — Мне тут нашептала ее подруга, что у Линды кто-то был. Кроме меня.
— Я не знаю.
— Вроде как она обмолвилась о лучшем, — язвительно выделил слово Том, — варианте на примете.
— Я не знаю, Том. Прости.
Тошнота подступила к горлу. Бургер, съеденный вечером, начал проситься наружу.
— Нахер! — парень обреченно махнул рукой. — Плевать.
Он доплелся до выхода, шаркая ногами по полу, вышел на улицу и хлопнул дверью, вымещая на ней всю злость.
Подтверждать выданную кем-то из не очень умных подруг тайну — означало добить парня окончательно. Правда ничего не изменит. Не вернет Линду к жизни, не утешит боль Тома и ее отца. Смерть любого человека, особенно в столь молодом возрасте, всегда трагедия.
Я сунула подвеску в карман худи, убрала грязную посуду, протерла стойку. Новых посетителей не было, а значит можно с чистой совестью уйти домой пораньше.
Люцифер не спал. Лежал на диване напротив стены с фотографиями, задумчиво погруженный в свои мысли.
— Все в порядке? — я подошла ближе, обращаясь к нему с вопросом.
— Да. О деле думаю. Ощущение, будто что-то упускаю.
Он поднялся, порядком утомленный одиночным мозговым штурмом. Я поцеловала его в щеку, сцепляя наши пальцы.
Люцифер выглядел обеспокоенным, не так, как обычно, а очень обеспокоенным. Сам на себя не похожий. Виной всему расследование, к которому он вернулся со всей тщательностью и серьезностью. Маньяк навис своим существом над нашими жизнями и отношениями черной грозовой тучей. Отравляя каждый день капля за каплей. И как я могу оставить Люцифера одного? Он, конечно, старательно храбрится и тащит все на себе, делая вид, что справится. Я свято уверена: без поддержки рядом ни один человек не сможет преодолеть все дерьмо, свалившееся на него в жизни.
— Люцифер, — я положила руку на колючую щеку. — Все будет хорошо.
Переместила ее на затылок, взъерошивая короткие волосы, начала перебирать их пальцами. Люцифер прикрыл глаза, позволяя себе мгновение насладиться ощущением. Я привстала на носочки и дотронулась до его губ своими, нежно, невинно, в успокаивающем, мягком поцелуе.
— Мы со всем справимся, — я постаралась вложить уверенности в голос. Он прижал меня к себе, так крепко, что из легких выскочил весь воздух. — Потому что мы вместе.
Шепнула ему куда-то в шею, обвивая руками широкие плечи. Люцифер потерся носом о мой висок и чмокнул в макушку.
«Мы справимся. Мы справимся».
Завела я про себя как мантру. Успокаивая разбушевавшееся некстати дурное предчувствие, свербящее далеко на задворках сознания. Капля по капле, словно китайская пытка водой, подтачивающее спокойствие, обретенное ненадолго, пока мы отвлеклись от дела.
— Давай ляжем спать, — я плавно потянула Люцифера в сторону спальни.
Он следовал за мной без пререканий.
— Завтра поедем в архив, — оповестил меня, начиная стягивать с себя футболку.
— Давно пора, — я сняла худи, небрежно кидая его на стул. — А то мы несколько сбились с направления.
***
Я лениво бреду между полок, без энтузиазма рассматривая товары. Кэсси, пританцовывая, идет впереди куда более бодрым шагом. Подруга затащила меня в магазин «Все для дома», повинуясь зазывающей вывеске о распродаже. Не то чтобы мне жизненно необходимо сейчас приобрести этот странный, изогнутый немыслимым образом торшер за пять баксов или вон ту зеленую салфетницу за доллар. Кэсси считает, что спонтанные покупки иногда полезны.
— Кейт! — она задорно подмигивает и напяливает на голову нелепую соломенную шляпку. Кэсси вновь отрастила волосы, и теперь светлые пряди слегка вьются, доходя до плеч. — Я похожа на пляжную модницу?
Не скрываю по-доброму насмешливой улыбки.
