Гарри радуется, что Хедвиг принесла письмо ему лично, а не в дом. В противном случае письмо, вероятно, было бы прочитано несколько раз, прежде чем Гарри хотя бы узнал бы о нём.
Машина подъезжает к Косой Аллее быстрее, чем ожидает Гарри, несмотря на это поездка всё же кажется ему бесконечной. Он скептически относится к тому, что такая неорганизованная семья, как Уизли, сможет купить всё необходимое для школы за два часа. Когда Гарри замечает количество случайных покупателей и рассеянность Уизли, которые больше сосредоточены на том, чтобы получить то, что им нужно, чем на том, чтобы удержать Гарри рядом с собой, он разрабатывает план побега. Он что-то бормочет Молли Уизли о деньгах в банке, и та рассеянно велит ему сходить за ними. Прежде чем она заметит, что с ней заговорил не один из её сыновей, а Гарри, он исчез.
Тогда жаль, что у него есть хвост. Джинни Уизли, молодая девушка с жадностью в сердце и похотью в глазах, преследует его, но делает это так явно, что Гарри сразу же замечает её. Не имея другого выбора, кроме как пойти в банк, он входит в Гринготтс. В ожидании кассира его голова методично придумывает причины, по которым он мог прийти в банк, чтобы затем озвучить самую удачную гоблинам. Они знают, что ему не могли понадобиться деньги, ведь у него есть самопополняющийся мешок.
Пока он обдумывает варианты, его взгляд цеплялся за блестящее кольцо с безвкусным камнем на нём.
Верно. Кольцо наследника.
— Что Гринготтс может сделать для вас? — спрашивает кассир, в каждом слове которого сквозит отвращение.
— Я хотел бы узнать о кольце наследника. Недавно я обнаружил, что оно должно быть у меня, но я так и не получил его — Гарри пытается вежливо улыбнуться. Он надеется, что это не выглядит так натянуто и фальшиво, как ему кажется.
— Имя? — хмыкает гоблин.
Гарри немного наклоняется вперёд и шепчет так, чтобы никто другой не услышал.
— Поттер, да? Мы ждали вас. Почему вы не отвечали на наши письма? — гоблин жестом предлагает Гарри следовать за ним. Смущённый, он подчиняется. Несмотря на то, что у гоблинов короткие ноги, они быстро ходят.
— Извините, я не получал от вас писем.
— Фу! — фыркает гоблин, распахивая огромные металлические двери, которые Гарри не смог бы сдвинуть со своими слабыми человеческими мышцами — Не лги, волшебник.
— Я и не лгу, — возражает Гарри.
Гоблин останавливается так резко, что Гарри чуть не врезается в него. Он с любопытством смотрит на Гарри.
— Никогда не получали ни одного нашего письма? Даже несмотря на то, что мы послали их так много?
Гарри кивает, сбитый с толку тем, что гоблин вдруг ему поверил.
— Я никогда не получал никаких писем. Ну, кроме школьных писем и двух других.
— Поподробнее об этом, — медленно гоблин снова начинает идти.
— После первого года обучения в моей… резиденции в маггловском мире появилась сова. В нём было письмо от матери мальчика, который возомнил себя моим другом, хотя мы никогда не поддерживали никаких контактов. Второе письмо я получил меньше часа назад. Его принесла мне моя сова. Кроме них я получал только школьные письма. О, и в течение нескольких недель на втором курсе я был подписан на «Ежедневный Пророк».
Гарри вспоминает последнее письмо и ошеломлённое выражение лица Гермионы, когда она вырвала у него из рук его результаты СОВ и просмотрела их, уже на полпути к успокаивающей речи о том, чтобы он не чувствовал себя плохо из-за того, что не получает исключительных оценок, и ругая его за это, прося учиться больше. Она останавливается на полуслове, когда понимает, что Гарри получил Превосходно по всем предметам. Этот момент почти компенсировал ревнивые разглагольствования Рона, моргающие совиные глаза Джинни и снисходительные размышления Гермионы о том, как Гарри, скорее всего, просто сжульничал.
— Вы — Гарри Поттер, — медленно произносит гоблин. Он подводит Гарри к стулу напротив массивного стола в боковой комнате, больше похожей на оружейную, чем на кабинет.
— Да, — отвечает Гарри вопросительно.
— Люди пишут Вам письма с тех пор, как Вы «победили» Тёмного Лорда.
Гарри по-совиному моргает.
— Как это? Я не получил ни одного.
— Неудивительно. Ваш Магический Опекун, вероятно, установил вокруг Вашего маггловского дома защиту от сов.
Гарри скрипит зубами при мысли, что дом Дурслей — его дом, но понимающе кивает.
Гоблин продолжает:
— Ваш Магический Опекун также должен был отдать Вам все письма и убрать защиту, когда вы начали своё магическое образование, или, по крайней мере, настроить её так, чтобы она пропускала одобренные письма. И я уверяю вас, — он сурово смотрит на Гарри, — что Гринготтс был бы одобрен отправителем.
— Поскольку мой Магический Опекун, — говорит Гарри, возможно, слишком резко, — вряд ли заслуживает этого звания, потому как потратил больше времени, пытаясь манипулировать мной, а не делиться информацией, я думаю, что защита от сов никогда не снималась и не модифицировалась.
Улыбка гоблинов крайне не характерная для них вещь, состоящая на четверть из убийственности и на шестую часть из кровожадности, но Гарри всё же демонстрирует её.
