Он пытается узнать слова Гарри.
— Что это? — говорит он, хватая Гарри за левое запястье и поднимая его в воздух, — Что ты делаешь с этим причудливым браслетом, Поттер? Ты можешь себе его позволить? У кого ты его украл?
Гарри отказывается поддаваться на подначивания и в ответ лишь приподнимает одну бровь, молча спрашивая короля Слизерина, того, кто должен знать всё о Слизерине, как он мог пропустить, что Гарри носил этот браслет годами, даже не пытаясь скрыть это.
Видя, что эти подначивания вызывают усмешку только у него, король Слизерина меняет тактику.
— Что тебе скрывать, Поттер? А?
Вторая бровь следует за первой. В самом деле, мало вероятно, что Гарри пошёл на все эти ухищрения, чтобы сохранить что-то в секрете, только для того, чтобы открыть свои слова сейчас, на глазах у всего Слизерина.
И король Слизерина снова слегка меняет тему своего агрессивного допроса.
— Это может быть только метка души. Или, может быть, ты хочешь скрыть, что у тебя её нет? — Гарри упоминал, насколько нелепой он считает всю практику издевательств над кем-то за отсутствие метки души, несмотря на то, что как минимум у половины населения её нет, по крайней мере, в течение нескольких лет? — Покажи нам её, — требует король Слизерина, — Как король Слизерина, я требую, чтобы ты показал нам свою метку души.
Тем самым король Слизерина нарушил почти все неписаные правила, существующие на Слизерине. Ожидается, что у слизеринцев будут секреты, и ожидается, что другие изо всех сил будут стараться узнать эти секреты, а затем шантажировать сокурсников собранными данными, ожидая, что их будут шантажировать в ответ. Они называют это «политической игрой», название столь же бессмысленное, как и сама игра. Сам Гарри прекрасно осведомлён о многих из тех секретов, которые, как считалось, лучше всего хранить в тайне. Иногда это окупается тем, что его больше игнорируют, чем задирают.
«Политическая игра», в которую играют с удовольствием и которая приносит честь или позор участникам. Раскрытие тайны, способной навредить её хранителю, рассматривается, как социальное убийство и самоубийство, убивающее как тебя, так и репутацию противника. Кроме того, хоть раскрытие и сокрытие секретов поощряется, однако не одобряется использование своего влияния, чтобы заставить кого-либо раскрыть свой секрет — социальное самоубийство, равносильное публичному раскрытию секрета о том, что последняя королева Слизерина была полукровкой, пока она ещё училась в школе.
К сожалению, для действительно сильных, как и в реальной жизни, делаются исключения. Поэтому королю Слизерина нечего бояться. По большей части. Ему придется иметь дело с недоверием к нему со стороны всех других слизеринцев, которые знают, что он знает один из их разрушительных секретов, или теперь опасаются, что он заставит их раскрыть свои. Как настоящему политику, ему придётся выкручиваться из того неудобного положения, в которое он только что себя поставил.
Но всё это не поможет Гарри.
Защитить себя кажется нереально. Возможно, если бы у него было больше времени, он смог бы придумать стратегию. Но даже сейчас, спустя несколько секунд, он чувствует предвкушающие взгляды слизеринцев, обращённые на него.
В любом случае, нападение — лучшая защита, и Гарри устал прятаться.
— Я отказываюсь.
Его смелое заявление, озвученное с уверенностью, вызывает недоумение. Король Слизерина сердито повторяет своё требование. Снова. И снова. Затем он пытается снять обновленный первый слой оберегов, но терпит неудачу. Он, окрашенный в агрессивный оранжевый цвет, без волос, проклинает и угрожает Гарри снять браслет с его тела так или иначе!
Гарри склоняет голову набок, наблюдая за ним с полуулыбкой на губах.
— Вы знаете, у кого есть такой же нездоровый интерес к моей метке души? — он намеренно делает паузу. Как раз в тот момент, когда Король Слизерина открывает рот, чтобы ответить, Гарри проделывает этот грязный трюк, который он сам ненавидит, когда проворачивают с ним, чтобы установить своё доминирование в разговоре, и продолжает, обрывая Короля Слизерина, прежде чем тот успевает произнести хоть что-то, — В прошлом году, в больничном крыле была предпринята попытка сделать то же самое, что ты пытался сделать прямо сейчас, — небольшая пауза, только для того, чтобы предвкушение наросло ещё сильнее, мысли в их головах приходили к выводу… Гарри краем глаза видит, как на их лицах расцветает испуганное понимание, — профессором Дамблдором, — слизеринцы начинают сплетничать, но Гарри смотрит только на короля Слизерина, игнорируя их всех.
Одёрнув руку, слабо сжимавшую его запястье, Гарри направляется в спальню, отмечая, что за его спиной зависает гробовая тишина.
***
Этой ночью Гарри снится сон.
