– В письме была ссылка, на которую ты кликнула и которая ничего не открыла, – продолжил между тем Мэттью. – Вернее, не открыла
Элли была готова сквозь землю провалиться от стыда и гнева. Ее щеки пылали огнем. Как могла она так наивно, так доверчиво впустить его в свою жизнь!
– Ты влюбилась в меня по собственной свободной воле, – продолжил между тем Мэттью. – Тебе так этого хотелось, что ты убедила себя. Так что не вини за этот конфуз свою ДНК – только себя, любимую.
Элли душила ярость, но она постаралась овладеть собой.
– Я сделал это по ряду причин, – заявил Мэттью, глубже погружаясь в мягкий диван. – Во-первых, мне хотелось тебя унизить. Но также и продемонстрировать тебе человеческую алчность. Как мы готовы пожертвовать всем, даже нашими близкими, стоит нам узнать, что за углом есть что-то или кто-то лучше. То, что ты чувствовала ко мне, не было совпадением ДНК. Мы не созданы друг для друга, звезды не благоволят нам. Влюбиться в меня тебя вынудила не биология, а обыкновенное торжество мысли над материей. Да-да, это была старая как мир история о том, как двое встретились и влюбились друг в друга. Не больше и не меньше. И как только я поведаю всем, как обвел вокруг пальца ту, что открыла так называемое «совпадение ДНК», ты станешь посмешищем в глазах всего мира и больше не сможешь никого убедить в своей правоте.
Обуреваемая яростью, Элли впилась в подлокотники дивана.
– И что тебя останавливает? Давай, делай свое черное дело. Ничего, переживу. В конце концов, миллионы людей благодаря мне обрели счастье, о каком даже не мечтали.
– Эх, Элли… Какая же ты наивная! Неужели так ничего и не поняла?
Не понимая, к чему он клонит, она смерила его разъяренным взглядом.
– Ты не единственная, из-под чьих ног я выдернул ковер. Скоро миллионы твоих подписчиков увидят, как их жизнь переворачивается с ног на голову.
– Что ты хочешь сказать? – осторожно спросила Элли.
– Думаешь, мы с тобой единственная фальшивая ДНК-пара? Разумеется, нет. Я переписал всю программу так, что за последние полтора года по крайней мере два миллиона людей в твоей базе данных получили не свою пару.
Элли сглотнула застрявший в горле комок. Сердце ее билось с такой силой, будто хотело пробить ей грудную клетку.
– Я выбирал их наобум и потому даже не знаю, кто они такие, – продолжал Мэттью. – Это может быть любой, кто в данный период времени сдал образец ДНК и получил ответ; судя по темпам роста твоей компании, примерно двадцать пять миллионов человек. Моими стараниями твой бизнес превратится в ничто. Никому никогда не узнать, рядом с ними их настоящая ДНК-пара или же они просто себе это внушили. Я пообещал уничтожить тебя. Я всегда обещаю только то, что могу исполнить.
Мэнди очнулась от того, что в ее голове будто стучал кузнечный молот. Не открывая глаз, она осторожно потрогала правой рукой лицо и нащупала шишку размером с куриное яйцо, болезненную на ощупь. Нащупала швы, скреплявшие кожу. Медленно-медленно она попыталась открыть глаза, но ее веки словно склеились. Тогда она попыталась пошевелить левой рукой, но та, казалось, была налита свинцом – не поднять. Из любопытства ощупала левую правой. И лишь тогда поняла, что левая закована в гипс почти до самого локтя.
Постепенно приходя в себя, Мэнди все еще не могла понять, где она и почему вокруг нее пахнет смесью хлорки и ополаскивателя для рта. Должно быть, в туалете… Затем она повернула голову и, прищурившись, посмотрела в окно. Как только взгляд ее обрел фокус, она узнала пейзаж за окном. Она уже была здесь раньше. Ей знаком этот вид. Дважды, когда у нее был выкидыш, она была здесь. В больнице.
Внезапно ее охватила паника. Мэнди сунула руки под простыню и пощупала живот. Тот оказался почти плоским. Нет, только не это…
– Здесь есть кто-нибудь? – прохрипела Мэнди. Во рту пересохло, как в Сахаре.
