— Что с вами? — наконец решила поинтересоваться Сара. Ее раздражало его убитое выражение на лице, с которым он выбрался из этого адского трюма.
— Да так, — застенчиво ответил испанец, скатываясь по двери и плюхаясь задом на ковер. — Нога что-то... Не важно.
— Дайте, взгляну.
Сара порвала штанину порток и мельком оглядела покрасневшие ноги капитана. Нельзя было не отметить, что Карьедо это нравилось. Хотя думать об этом было не время.
— Мышцы потянули. Но жить будете. Положите руку мне на плечо, да, вот так.
Антонио чувствовал себя на вершине блаженства, когда Сара обхватила своими хрупкими на вид, и все же сильными руками за его талию и поволокла подальше от трюма. Вода должна была вот-вот добраться до двери. А это значило, что времени у них оставалось немного. Антонио прихрамывая, следовал за Сарой, но тут, его осенило.
— Надо вернуться в мой кабинет. Развернись.
Сара посмотрела на него, как на сумасшедшего. Ей не хотелось прямо здесь объяснять ему, что вернуться невозможно, так как едва щупальце унесло оттуда Антонио, как коридор завалило потолком. Для того, чтобы добраться до кабинета, нужно было очень хорошо постараться. Но Сара не была готова даже ради этого зануды-капитана пролазить сквозь образовавшийся на дороге бурелом. И Антонио пускать туда не собиралась. Ей хотелось как можно быстрее выбраться отсюда, на верхнюю палубу, ибо замкнутые стены коридоров давили ей по нервам.
— Сара, это очень важно!
— Совсем мозги растеряли? Мы не вернемся! Корабль тонет, капитан, понимаете? — она поражалось собственной сдержанности, ей удалось сказать все это без грубых ругательств, но зато прозвучало это очень внушительно, по крайней мере, Карьедо на какое — то время замолчал.
Они поднялись на верхнюю палубу, где как раз и происходила ожесточенная бойня. Корабль качало из стороны в сторону, изнеможенно скрипя, словно умоляя своего врага оставить его или же уничтожить в щепки сразу…без мучений. Огромные щупальца сорвали сразу обе мачты и те, оказавшись без опоры, рухнули за борт, снасти напряглись, затрещали, корабль (или то, что от него осталось) накренило в сторону, потянул за собой Армаду, которая по сравнению со своей соседом, выглядела намного лучше.
Артур уже и не помнил, сколько щупалец пало от его мачете. Но, похоже, его старания совсем не помогали кораблю, существо только свирепело. Нужно было что-то срочно предпринять. Пули против толстой, склизкой кожи чудовища вообще не помогали, да и мечи порой не могли нормально разрубить противные щупальца. И тут Посланнику пришла идея. По сравнению со своей командой, он мог бы вечно драться с монстром, так как силы его истощались намного медленнее, нежели у нормального человека. Но рано или поздно, даже такой человек, как он, мог совершить ошибку. Маленькую, практически незаметную, но в итоге она могла бы сыграть решающую роль в этом ужасном бою. Артур не собирался проигрывать в начале такого захватывающего приключения, и поэтому его мозг работал также усердно, как и его тело. Лихорадочно разыскивая решение.
И, кажется, он что-то придумал. Крикнув своим подчиненным, чтобы те его прикрыли, Посланник кинулся в сторону пороховницы.
— Я так просто не отдам тебе корабль, — шипел с ненавистью он. Ох, если бы кто-то знал, как же дорога была ему Армада. Она была частичкой его тела, его души, она была для него всем, и он даже вообразить себе не мог, что он сможет ее потерять. И он решил, что раз чудовище невозможно разрубить, так как щупальца как будто вновь воскресали, вырастая из свежих рубцов, то чудовище можно было взорвать. Может, убить этим он его не убьет, но зато у него будет время уплыть отсюда как можно дальше.
Френсис не могла поверить в эту реальность, нет, это был сон, очередной кошмар, рожденный ее воспаленным мозгом. Нужно было только ущипнуть себя и она проснется. Но чудовище казалось до удивления реальным, и вонь — напоминающее тухлую рыбу — исходила настоящая. Она была настолько омерзительна, что вызывало у девушки тошноту. Френсис стояла, покачиваясь то в одну сторону, то в другую, словно лунатик, вышедший из комнаты для прогулки. Люди пробегали мимо, что-то кричали невнятное, но она их не слышала, они казались ей необычайно далекими, словно их разделяла невидимая преграда.
Парочка тонких щупалец, похожих на лианы растений, воспользовавшись заминкой, подползли к ногам Френсис и медленно оплели ей ноги. Френсис чувствовала их прохладную кожицу, но не могла пошевельнуться. Она продолжала упрямо уверять себя, что это не правда. Это все самый обычный кошмар, и он не сделает ей больно. Не посмеет…
— Что ты делаешь?! Немедленно отойди от него, дура! — голос принадлежал Посланнику. Она не понимала, почему он злится, почему бежит к ней, ловко перескакивая преграду, словно спортсмен на мероприятии. Просто она одним своим появлением испортила ему все планы, она заставила его забыть о бочке с порохом, которую он как раз готовил для выката.
