Артур стоял на капитанском мостике, широко расставив ноги, чтобы удержать равновесие на пляшущем полу, руки его с проворством пытались удержать в себе штурвал, которого дергало то в одну сторону, то в другую.
Капитан не собирался покидать свой корабль.
— Ни за что... Не оставлю...— шипел он, чувствуя, как дерево нещадно впивается ему в кожу. Побег казался ему самым настоящим сверхпредательством, который пробуждал в нем больше гнева, нежели этот неугомонный дракон. Дракон, рушащий его крепость, его единственное убежище. Как это произошло? Почему это произошло? Почему сейчас? Когда цель была так близка... Это был злой рок.
Пират обвел взглядом остатки палубы, надеясь увидеть там хоть кого-то живого из своей команды и его взгляд встретился с Френсис. На какую-то долю секунды его разум отключился, шум от падающей мачты звучал так неясно, как в забитых водой ушах.
"Уходи...умоляю..."— подумала француженка, надеясь, что ее жалостливый взгляд подействует на пирата.
— Ну же! Прыгаем, Френсис! — вопил ей на ухо Том и Френсис, послушавшись его, оттолкнулась от борта и полетела в сторону пещеры, где их уже дожидались с распростертыми объятиями.
Дракон запрыгнул на палубу задними лапами и, впившись зубами в расплющенный нос фрегата, принялся с остервенением грызть его, трепать, как играющий с палкой щенок, резко выгибая шею то так, то эдак. Артур видел все это с противоположной части Армады, и после этого что-то щелкнуло у него в мозгу.
Посланник с сокрушенным видом разжал пальцы, позволяя штурвалу крутиться и вертеться по своему желанию, а сам, широкими и стремительными прыжками добрался до абордажных сетей, и успел в самый последний момент спрыгнуть с тонущего корабля и уцепиться за выступы в скале. Оставалось только висеть за несколько метров над кипящей водой и наблюдать за тем, как чудовище расправило крылья и взмыло в небо, прихватив с собой остатки бывалой Армады.
— Нам конец...всем нам конец...
Френсис подняла голову, чтобы посмотреть, сколько народу удалось спастись. Лучше она об этом не задумывалась, ибо насчитав за своей спиной десятерых выживших, ей в душе стало зябко. Захватывающее приключение превратилось для них всех в очень опасную игру, у которой, наверное, не было удачного финала.
— Так и должно было все случиться,— сказал кто-то из выживших. — Армада и капитан давно напрашивались на это...
— Закрой рот, Чарли, — раздался зычный голос Джеспера. Сняв с плеч сумку с котлом, кок принялся массировать себе шею. Многие еще не могли придти в себя от крушения. Кто-то все еще не верил в то, что Армады — их родного и любимого корабля — больше нет.
— И что же нам делать? — в суматоху смело вмешалась Сара. Она возможно единственная продолжала держать себя в руках. Даже тогда, когда отчаялся почти весь экипаж. И даже Френсис с трудом могла представить себе их дальнейшие действия. — Думаю, для начала, нужно изучить эту пещеру. Слышите? Не раскисайте! Мы найдем выход...
"О каком выходе ты вообще говоришь? — мысленно спросила у нее Френсис. — Без Артура нам ничего не светит. Он единственный знает это место. Хотя..." — она взглянула на Антонио, который, лишившись-таки своей опоры в виде палки, пытался удержаться за скользкие выступы в стене пещеры. Ну да, у него должна быть под рукой книга, о которой ей толковал Артур. Книга с его записями об этом мире...его второй архив с информацией. Первым являлся его мозг.
— Антонио, — позвала она испанца, но тот среагировал не сразу. — Возможно ты уже и не помнишь, но когда я ступила на Марию, у меня...возможно...была с собой книга. С такими странными закорючками, совершенно недоступными для прочтения.
Антонио в ответ нахмурился, то ли вспоминая, то ли тем самым выражая свое недовольство к сказанному. Но судя по тому, что он ничего не ответил, означало лишь то, что он знал, о чем спросила его француженка. Другие недоумевали или даже не стали вслушиваться в их разговор и разбираться со своими тараканами в голове, но этот испанец безусловно знал о книге даже больше, чем Френсис. Возможно, он даже сумел в ней что-то прочесть, что было не под силу девушке, которой, между прочим, Посланник ее и завещал. Для чего, конечно, он все это намудрил — она не знала, и пока ее это не волновало.
— Френсис...
— Ты ведь забрал ее у меня! Нет сейчас времени для вранья, Антонио. Просто скажи, где она? Она у тебя? Пойми, это наш единственный шанс!
Антонио с печальным видом покачал головой.
— Прости, но она...
Было и так ясно, что раз слова начались с "прости", то это значило, что Френсис зря на что-либо надеялась. Она пока не могла понять, какие ощущения ее одолевали. Страх осознания того, что ты беззащитен? Или же злость из-за того, что Антонио возможно потерял их единственный шанс на спасение. А смысл было на него кричать? Он же и понятия не имел, что вся эта суматоха приведёт их к такому раскладу. Впрочем, он и сам осознавал свою вину.
— Френсис, прости, пожалуйста...
— Не важно.
