— Том, ты знаешь, что это? — спросила отчаянно девушка. — Что нам делать?
Пока она кричала, пытаясь достучаться до мальчишки, который с каждым ее словом все глубже и глубже уходил в себя, становясь все бледнее и запуганнее, тело под ними зашевелилось. Артур открыл порозовевшие веки, под которыми заблестели белки, и судорожно завращал глазами.
Когда он ожил, жидкость на его теле ожила вместе с ним и начала разрастаться интенсивнее.
Френсис вскрикнула, отдергивав руки. Она помнила про то, что лучше не прикасаться к этим тварям. Френсис не знала, насколько это опасно, но ключевыми словами Посланника являлись "не стоит". Они могли убить человека, ведь так? Значит...они убивали Посланника? Почему звезда ему не помогает, не спасает его? Френсис чувствовала себя беспомощной девочкой, которой оставалось только наблюдать и надеяться на лучший исход... Исход чего? Посланнику нужна была помощь! Было видно, что он не справлялся! Силы его покидали слишком быстро.
— Я сбегаю за помощью, — сообщил Том, подымаясь с колен и убегая куда-то за дверь. Очевидно, понял, что если дальше так глазеть, то ни к чему хорошему это не приведет. Но разве в их команде были лекари? Кто им поможет? Антонио? А может Сара? Разве они смылили что-то в лечении?
— Что же это такое? Помогите... Кто нибудь... — шептала она, как какое-то заклинание. Заклинание, которое ни черта не срабатывало. Страх сковывал ее движения, пальцы холодели, она их почти не ощущала. А сердце между тем билось так бешено, словно пыталось отбить чечетку. Все быстрее и сильнее с каждой секундой.
"Нет! Нет!!! Прошу, не закрывай глаза! Не закрывай глаза!!!" — Френсис прислонила руки к его груди, сложив их в таком положении, словно собиралась сделать массаж сердца. Едва ее дрожащие пальчики коснулись мокрой кожи, как чернильная тварь ожила, приподнялась и с довольным урчанием впилась ей в кисти рук. Захватывала в плен, не позволяло вырваться.
Френсис знала, что, если эта тварь соединит ее с Посланником, то она сможет увидеть его воспоминания. Его мысли, его чувства. Он будет открыт ей так, как никакой мужчина прежде, с которым ей доводилось встречаться. Она увидит все.
Но только она делала это не ради того, чтобы приоткрыть завесу тайны. Она надеялась на то, что жидкость клюнет на приманку — на нее, такую свежую, теплую и живую — и тогда отпустить из своего плена Посланника, даст ему шанс на выживание.
"Зачем мне все это? Что я делаю?" — подумала она, хотя уже ничего сделать не могла. Время нельзя было повернуть вспять. Все решится сейчас. Либо они умрут вместе, либо выживут.
Перед тем, как разум ее начал меркнуть, уволакивая девушку в какой-то чудовищный водоворот мыслей и воспоминаний, она увидела перед собой маленького, светловолосого мальчишку, будущего Посланника. Мальчик пару раз хлопнул в ладоши и шепнул: "Браво".
Я благодарю всех тех, кто читает мой бред. Просто...чуваки, спасибо, я вообще человек ленивый, никогда ничего до конца не довожу. А вы вот своими отзывами меня "пинаете".
Всё, я ухожу взрослеть :) Капец, я не верю, что скидываю это перед...
В общем, всем спасибо! :3
Артур неуклюже передвигался на своих маленьких, но не смотря на это, очень энергичных ножках, прочесывая задний двор в поисках камней. Крохотные, его близко посаженные глазки с необычайной быстротой находили в густой траве камни, и не какие-то там, а с определенной формой, окрасом и гладкостью. На счет последнего критерия возникали некоторые проблемы, так как море располагалось в нескольких милях от деревеньки, и берег его был грязный, совсем непригодный для поисков гладких камушков.
На лице мальчика не было радости или какого-то детского восторга, с которым обычно и гоношилась малышня — глупая, широченная улыбка и сильно распахнутыми глаза, в которых обычна читалась та самая невинность, которой не хватало во многих взрослых – но только не этот мальчик. Это дитя смотрело на мир иначе, на его овальном, румяном личике читалась отнюдь не детская решимость, с которой он выискивал камни, отбирал в кучке самые лучшие и совал их по карманам.
Затем эти камушки были разложены рядом с конюшней, где земля была вытоптана и практически не росла трава. Так мальчик лучше видел свои творения. Он сооружал пирамидки за пирамидкой из камней, отходил в сторонку и, глядя на них, задумчиво хмурил густые бровки, словно художник, оценивающий свою картину. Возможно, для взрослых это были всего лишь кучки камней, но для этого паренька все это казалось куда серьезным занятием. Он был настолько этим поглощен, что не сразу услышал свою мать.
— Арти, дорогой, встречай братца!
