- Ты издеваешься? – от эмоционального всплеска Крис даже подскакивает с диванчика. – Ты не пустишь меня из-за Кеннедис? Напомни мне об этом случае, когда тебе вновь захочется провести вечер покера или игры в приставку у меня дома!
- Эй, Шистад, не смей бросать трубку, как девчонка! – кричит в телефон Матиас, и это единственное, что в последний момент останавливает Криса от завершения вызова. – Ты здесь?
- Да, придурок. – фыркает в трубку тот, вновь усаживаясь.
- Ты сказал, что у тебя с лисенком хорошо, так? Я не настолько пьян, чтобы не различать слова.
- Все верно, если не считать ужина с отцом и Сильвией, где мне хотелось заколоть кого-нибудь вилкой. Желательно, мистера Шистада. – последние два слова Крис произносит с издевкой, интонацией, которая свойственна Дороте.
- Об этом в следующий раз, Ромео, прости. – шум клуба вновь был слышен вперемешку с голосом Матиаса. – Раз ты и лисенок снова купаетесь в любви, то и поживи у нее. В конце концов, девчонкам нравятся вся эта тема с «приготовить парню завтрак в его рубашке». Ты же расскажешь ей про потоп, у тебя нету выбора, а затем узнаешь, не против ли она. Все гениальное – просто, Криси!
- Ева снимает маленькую комнату в крохотной коробке еще с двумя людьми в Восточном квартале. Не думаю, что она захочет иметь «плюс один» в очередь в ванну утром.
- Крис, ты идиот? – неожиданно голос у Матиаса становится чересчур серьезным. – Очередь в ванну? Ты смеешься? Она ведь любит тебя, и я уверен, что готова открыть дверь нараспашку, даже если ты скажешь, что хочешь переехать к ней вместе с двумя кошками и одной собакой.
- Кто сказал тебе, что Ева любит меня? – возмущенно отвечает Шистад, совершенно забывая первоначальную тему разговора.
- Не вижу другой причины терпеть твои выходки. – вздыхает в трубку Матиас, а шум на фоне становится громче. – Меня ждут. Воспользуйся моим советом, Криси. Чао!
Несколько кратких гудков бьют ему прямо ухо, шатен откидывает устройство на диван, а сам, прикрыв глаза, старается выровнять дыхание. Он не предполагал, что обычный рабочий день в клубе мог закончиться нарушением всех скоростных ограничений, пока он буквально летел домой после звонка мистера Лауренса. Наконец Крис встает, вновь направляясь к своей квартире. У двери он уже не находит швейцара, однако замечает рабочего, с которым уже говорил сегодня. Видимо, он являлся старшим в бригаде – мужчина без конца давал указания, а еще носил другую форму, отличавшуюся от обычной рабочей.
- Могу ли я пройти внутрь и взять немного вещей? –Кристоффер выглядел озадаченным, ведь никогда до этого не сталкивался с природными катаклизмами у себя дома. – Я не останусь здесь.
- Это верное решение, мистер Шистад. – тут же ответил бригадир, зачем-то поправив свои темные усы. – Здесь нужно минимум три дня, чтобы устранить неполадки, просушить поверхности и установить новое оборудование.
- Что с оплатой? – спрашивает он, снимая кожаные ботинки у входа.
- Страховая компания выплатит все… - медленно проговорил мужчина, растеряно поглядывая на Криса.
Шистад, решив не терять времени, снял обувь, быстро закатал брюки почти до самых колен, а серые носки наоборот натянул выше. Оставив телефон и пальто у входа, Крис шагает внутрь, сразу ощущая уровень воды в квартире – она еще закрывала его пальцы на ногах. Пробравшись в комнату под взглядами рабочих, Шистад быстро хватает сумку, скидывая одежду с полок прямо стопками. По его расчетам, этого багажа через плечо должно было хватить. Кристоффер быстро доходит до кабинета, берет пару документов, которые могут ему понадобиться, а затем направляется к выходу. Он почти доходит до двери, однако останавливается, развернувшись. Создавая большие всплески воды, шатен вновь подходит к столу, а затем выдыхает – все в порядке, нужная ему бумажка не упала в воду и лежала на столе. А именно небольшая салфетка бежевого цвета, на которой Квииг сделала быструю зарисовку черной ручкой в баре. На картинке были изображены она сама вместе с Шистадом около барной стойки. Тогда ей было скучно слушать разговор Криса и Эскиля о привозке свежих товаров, поэтому никакого другого развлечения не зашла. Простая на первый взгляд салфетка теперь покоилась у него на столе, и Крис не мог дать этому теплому чувству внутри хоть какое-то объяснение…
Нура Амалие Сатре с прищуром смотрела на свою соседку. Квииг, которая, по подсчетам блондинки, не убиралась в своей комнате уже около тысячи лет, истерично бегала по квартире, будто ураган. Они преспокойно пили любимый малиновый чай на кухне и делали домашнюю работу – это стало их некой традицией за все четыре месяца совместного проживания. Нура обычно печатала статьи в новостную колонку университета или выполняла какие-то письменные работы, пока рыжая без конца рисовала. Как-то раз красногубая пошутила, что им в академии искусств Осло фактически ничего не задают, однако Мун быстро воспротивилась, сказав, что порой тему для рисунков выворачивают ее мозг наружу.
