- Прости, если мое отсутствие обидело тебя. Последние дни навалилось много работы: куча договоров, отчетов за квартал, а еще параллельно я ищу инвесторов для клуба. Оказывается, не так легко найти людей, готовых вложиться в твое заведение, когда ходит слух, что со дня на день ты обанкротишься… - Шистад саркастично фыркает, пока Ева встревоженно поглядывает на него. Неожиданно шатен накрывает ее ладонь своей. – Если я не писал и не звонил, то это не значит, что я не думал о тебе. Чушь, я постоянно вспоминал о тебе. Эти бумажки доводят меня до высшей точки кипения, хотелось сбежать и просто пойти с тобой в кино, чтобы ты поспала у меня на плече – было так спокойно.
Ева не может сдержать смущенной улыбки, когда вспоминает тот случай, от чего переплетает их пальцы.
- Я виноват. – Кристоффер спокойно пожимает плечами. – Но это моя жизнь – полная такого дерьма, как бизнес. Тебе стоит это знать… Но у меня есть еще кое-что.
Неожиданно шатен вырывает свою руку, устремляясь куда-то вглубь внутреннего кармана своего пиджака. Секунда, две, три и вот перед ней на столе появляется маленькая круглая коробочка, обделанная белым велюром.
- Прими мои извинения. – Крис пододвигает подарок ближе, стараясь не выдавать взволнованного дыхания.
Ева ошеломленно поглядывает на вещь, не сразу понимая, что происходит. Лишь обеспокоенный взгляд шатена выводит ее из транса, заставляя аккуратно взять коробочку. Поддев второй рукой крышку, Мун бережно раскручивает устройство, а затем заглядывает внутрь.
Прямо оттуда на нее поглядывала пара сережек. Обрамленные каемкой серебра, два небольших бриллианта сверкали в приглушенном свете. Квииг подносит их ближе к лицу, желая рассмотреть тщательней.
- Надеюсь, тебе нравится. – Шистад хватается за галстук как за спасательный круг.
- Они невероятны… - шепчет рыжеволосая.
Украшения были и впрямь прекрасны. Золото Ева почему-то не любила – оно навевало ей неприятные ощущения и мысленно добавляло тридцать лет к ее возрасту. Серебро же она всегда считала чем-то свежим, красивым, молодежным и вечно в моде.
И в этот момент Мун понимает, что пропала. Та бетонная стена холодной обиды начала трескаться, когда Крис поцеловал ее в машине; крупные расщелины пошли по ней во время его извинений и слов о том, что он постоянно думал о ней; а кувалдой ударили эти серьги – проход открыт.
- Спасибо. – девушка наконец-то приходит в себя, понимая, что стоит отблагодарить шатена. – Спасибо. Они очень красивые и такие…вау! Только…
- Только что? – Шистад впивается в нее взволнованным взглядом. Неужели сейчас она откажет ему? Или скажет, что извинения не приняты? Оттолкнет?
- Я не смогу их надеть. – Квииг, опустив взгляд, закрывает коробочку и кладет ее на стол.
- Почему? Я настоятельно прошу тебя принять этот подарок, я очень хочу, чтобы ты надела их и… - Кристоффер начинает бешено тараторить, желая как-то вылезти из критичной ситуации. Однако рыжеволосая прерывает его тираду.
- У меня нету проколов в ушах.
Шистад на секунду замирает. Чего? Проколов в ушах? Черт! Как он мог не заметить? Нет ничего глупее, чем подарить девушки серьги, которая не сможет их надеть.
- Я самый тупой идиот на планете. – шатен бьет себя по лбу, откидываясь на спинку стула.
- Нет, все в порядке, просто… Моя мама не позаботилась об этом в детстве, а потом… мне было просто страшно.
Шатен удивленно вскидывает бровь:
- Страшно?
- Да, боюсь боли. – Ева неловко сжимала и разжимала кулаки, поглядывая на подарок.
- Хорошо, значит мы вместе поедем в салон.
- Вместе? – пришла очередь удивляться Мун.
- Да, вместе, чтобы тебе не было так страшно.
От этой улыбки напротив она таяла, забывая о том, что боялась этого с тринадцати лет, когда увидела, как подружки саморучно делали это в лагере, предлагая и ей.
- У тебя есть свободное время на следующей неделе? – Квииг вопросительно смотрела на парня.
- Найду, обещаю.
Чувствуя тяжесть подарка в своем маленьком кармашке куртки, Ева размышляла. Было ли это сквозь сон или еще в сознании – она не знала. Шистад плавно вел машину, специально выбирая пути подлиннее, желая продлить их встречу. Мелькавшие фонари за окном, садившиеся солнце и петляющая дорога успокаивали.
Мун чувствовала и другую тяжесть – они не решили всех вопросов, одним из главных для рыжей являлся вопрос их отношений. Должна ли она смириться с его пропажей на несколько дней? Все настолько плохо в клубе? И что, черт подери, она должна делать с этим подарком?
Проблемы не были решены. Они были лишь переложены в другой ящик, до которого уборка дойдет не скоро – желательно никогда. Окончательно закрыть его помогли извинения парня и подарок.
Ева искренне ненавидела всех богатых с того момента, как отец ушел от них. Детская психическая травма? Возможно. В ее жизни было много событий, подпитывающих ненависть к людям, которые могли иметь все, что захотели. А теперь она сидит в его черной ауди, одной ладонью сплетя их пальцы, а другой придерживая коробочку с украшением за несколько тысяч крон. Похоже, свои принципы ей тоже придется отложить в дальний ящик.
