К тому времени, когда Университет Претории обыграл своих соперников из Стелленбоша в финале FNB Varsity Cup 2017 года, спонсируемого Steinhoff International (так официально назывались соревнования), компания Jooste превратилась в транснациональное предприятие с многомиллиардными оборотами. Она производила, распространяла и продавала широкий ассортимент товаров для дома в более чем 32 странах под знаменем 40 брендов. У компании было 26 производственных предприятий, 2,5 миллиона квадратных метров складских площадей и 12 000 торговых точек. Ежегодно компания отгружала 150 000 контейнеров, в ней работало 130 000 человек, из которых 50 000 трудились в Южной Африке. В 2016 году выручка компании составила 8,6 млрд евро, а чистая прибыль - 1,5 млрд евро, что означает рост почти на 12 % по сравнению с предыдущим годом. На JSE 23 мая 2017 года акции компании торговались по цене 50,25 рандов, что дало Steinhoff общую рыночную капитализацию (общее количество выпущенных акций, умноженное на цену акции) в размере 240 млрд рандов.
Steinhoff была огромной компанией. Но это был сложный бизнес, с многочисленными дочерними компаниями и различными партнерами, работающими во многих странах в различных условиях регулирования. Несмотря на это, Йоосте был на высоте. Он организовал строительство Steinhoff Africa и, в конечном счете, Steinhoff International и занял место на вершине очень большой корпоративной пирамиды. Сын почтового служащего из Претории, высоко отзывавшийся о своем отце и привитой им трудовой этике, совершил грандиозное возвращение в свой старый университетский город Стелленбош, где многие титаны большого бизнеса либо были родом из этих мест, либо имели свои личные или корпоративные базы.
Йоосте сделал город своим и позаботился о том, чтобы компания Steinhoff последовала его примеру. Компания переехала в офисный блок рядом с Remgro, и логотип Steinhoff хорошо виден, когда вы едете по Адам Тас Роуд. Здание довольно непримечательно для штаб-квартиры компании такого масштаба, но входная зона бросается в глаза. В приемной из стекла и стали, расположенной с первого по третий этаж, с крыши свисает огромная блестящая люстра. Снаружи, через темное тонированное стекло, аляповатая люстра доминирует над вестибюлем - точно так же, как негабаритная личность Jooste пыталась доминировать на сцене Стелленбоша.
С приходом Steinhoff культура города изменилась, - говорит Дюран. Я спросил: "Но кто эти люди?" Послушайте, я довольно опытный бизнесмен, но мне пришлось расспросить всех, чтобы узнать, кто они такие, чем занимаются, что продают". Компания продает мебель, но зачем спонсировать регбийный клуб? Студенты не стали бы покупать эти вещи, а я никогда не видел стула Steinhoff".
А потом деньги Steinhoff заговорили: шикарные автомобили стали приезжать и уезжать из головного офиса компании; сотрудники расхватали роскошную недвижимость в De Zalze, эксклюзивном поместье для игры в гольф недалеко от города; Йоосте и его друзья купили ферму в долине Йонкерсхук, а его огромные траты на лошадей стали предметом обсуждения в городе.
Steinhoff была блестящей, ее топ-менеджеры - наглыми, а сама компания - больше, чем жизнь. И все в городе говорили о них. Стало известно, что у некоторых сотрудников Steinhoff есть личные водители, что было довольно странно, - рассказывает Дюран. Многие молодые выпускники мечтали о работе в "компании Маркуса", и разговоры по выходным, во время обедов в злачных местах, таких как Hussar Grill, или на регби по выходным вращались вокруг того, как "Steinies" - так на жаргоне стали называть акции Steinhoff - показывают себя.
"Общался ли я с людьми из Steinhoff? Нет. Приглашали ли меня на их вечеринки? Нет. Виделись ли мы в ресторанах? Да, и тогда мы просто обменивались любезностями", - говорит Дюран. Но в бизнесе Steinhoff чувствовалась неуверенность, особенно среди членов семьи Ремгро. Дюран, Руперт и Херцог согласны с тем, что эту компанию было трудно понять.
Мы несколько раз смотрели на их цифры и проводили анализ, - говорит Дюран. И я не смог понять их финансовые показатели; я не смог понять годовую отчетность, поэтому решил, что мне не стоит утруждать себя дальнейшими попытками разобраться в этом и что мы не собираемся инвестировать туда. Мне не понравились люди, и мы с ними не поладили".
В 1964 году Бруно Штайнхофф, торговый агент одного из крупнейших немецких производителей мебели, решил действовать самостоятельно и открыл свою собственную мебельную компанию, поставляя продукцию на предприятия, которым его брат Норберт продавал оборудование.
