Я лежала на кровати, глядя в потолок. Я уже потеряла счет овец, которые якобы прыгали передо мной. Я перестала их считать на триста двадцать четвертой овце.
За окном поднялся ветер. Ветви стоявшего возле нашего дома били в окно с неимоверной силой. Складывалось ощущение, что ещё немного и конец придет моему окну. Картина на улице придавала жуткий оттенок этой ночи. Я решилась подняться с кровати и занавесить окно шторами.
Сквозь темную гущу я увидела силуэт мужчины. Высокий широкоплечий мужчина стоял около одного из деревьев, что растут напротив нашего дома. Я не могла разглядеть в какую сторону он повернут, но могла предположить, что он видел сейчас меня в окне. Меня сковал страх. Я шарахнулась от окна, как от огня. Занавесив шторы, я поспешила выйти из комнаты.
Я включила свет на кухне и налила себе стакан воды. Найдя в аптечке успокоительное, что мама принесла из больницы, я выпила сразу тройную дозу. Тучи все сильнее сгущались. Я подошла к окну в гостиной. Мужчина исчез.
Вдруг что-то ударило во входную дверь. Задергалась ручка. Страх укутывал меня, словно одеяло. Я не заметила, как перестала дышать.
Я подошла к входной двери. Повисла тишина. Она пугала меня сильнее ветра и ветвей, которые колотили в окно моей комнаты. Я чувствовала чье-то присутствие. Казалось, что кто-то тихо крадется по дощечкам на крыльце, поднимаясь и спускаясь по лестнице. Раздался скрип одной из дощечек.
Значит, там точно кто-то есть. Внутри все сжалось. Я боялась выдать свое присутствие. Прижавшись к стене, я, не отрываясь, смотрела на дверь. Ручка повернулась. В этот момент я молилась Богу, чтобы дверь была заперта. Казалось, что внутри все остановилось. Даже сердце перестало биться в этот момент. Кто-то дернул дверь на себя — неудачно. Я тихо выдохнула и сползла по стене. Ноги стали ватными.
Я закрыла глаза и, чуть не плача, молилась, чтобы Дерек проснулся. Вдруг, это Караверы пришли за мной. Вдруг, это Арая специально меня пугает. А может, это Девкалион пришел снова насладиться нашим фиаско.
Очередной скрип. Кто-то присел. Я открыла глаза и увидела, как этот некто просовывает листок бумаги мне под дверь. Я смотрела на этот листок, как на самое опасное в мире оружие. Мне хотелось подойти и узнать, что там, но я не решалась. Я не могла и пошевелиться, пока этот человек стоит у меня на крыльце.
Скрипы прекратились. Наступила мертвая тишина. Найдя в себе силы, я поднялась и подошла к двери. Подняла листок бумаги и развернула его:
«Энни, прости за сегодня. Я так хочу все объяснить тебе. Прошу, не игнорируй мою просьбу. Я знаю, ты ненавидишь меня, считаешь предателем, но, пожалуйста, попробуй поверить мне. Давай завтра в полночь на нашем месте? Если не придешь, я все пойму».
— Обманул один раз, обманешь и другой. — Прошептала я, всматриваясь в знакомый корявый почерк Тео. — Я не могу вечно цепляться за веру в твое исправление, Тео.
Раздался громкий стук, словно кто-то ударил со всей силы в дверь. Топот ботинок. Тишина.
В коридоре на втором этаже загорелся свет. Я подняла глаза. На лестнице стоял Дерек, сонными глазами смотря на меня.
— Ты в порядке?
-Д.да, -заикаясь ответила я и поспешила подняться наверх. — А Скотт с Айзеком вернулись?
— Скотт у себя, Айз пошел провожать Эш. — Горечь растеклась по моим венам.
— И как давно? — Дерек изогнул брось.
— Час назад. Ты чего, кнопка?
— Сам ты кнопка. Я спать. — Я обошла парня и поспешила удалиться, спрятав в карман записку Тео.
Комментарий к BFF
Глава получилась маленькой. Обещаю, что следующая будет куда лучше :)
========== After so many years… ==========
После того, что случилось ночью, я долго не могла уснуть. Виной тому была глупая записка Рейкена. Я не могла больше ему верить, но мне так хотелось снова солгать себе. Я не могла забыть все те яркие моменты моей жизни, в которой спутником был Тео. Передо мной до сих пор стоял он с грустными глазами, которые вот-вот готовы были проронить подростковую слезу. Я до сих пор видела, как он протягивает мне свою руку, умоляя пойти с ним. Думаете, я тогда не мучилась так же как сейчас? Вы неправы. Я мучилась ещё сильнее, потому что давление со стороны брата было настолько сильным, что я не могла ему сопротивляться.
Я знала Тео, как облупленного. Его привычки, его характер. Я знала, что он будет делать в следующий момент. Каждый раз, когда мы ссорились, он бил кулаком по стене рядом со мной, вымещая на ней злость. А потом, мучаясь от чувства вины, он метался по своей комнате в раздумьях, как загладить вину.
