Серый биодрон с темными волосами и голубыми глазами посмотрел ей прямо в лицо, чуть склонив свою голову и навострив уши.
— Да, он сейчас там, на севере. Но не думаю, что он захочет видеть поблизости от себя людей.
— Можете отвести меня к нему, пожалуйста… — в эту минуту Лина была готова встать на колени. — Я ищу его с самого утра.
— Ну хорошо, — шитвани коснулся мягкими подушечками пальцев ее лба и чуть улыбнулся. — Следуй за мной. Тебе он будет рад.
Дойл увидел проступающий сквозь пыль силуэт первого танка, ползущего по улице, даже чуть раньше Лейнера, давшего команду быть готовыми. Майкл настроил визор шлема так, чтобы он показывал колонну с небольшим увеличением и стал считать выступающие из серого тумана машины. Семнадцать штук, не считая пяти транспортеров с людьми. Хотя нет, больше. Со стороны Чистилища подходит еще одна колонна, тоже порядка двадцати танков и еще штук семь транспортеров. Да, неплохо. Идут они средним ходом, точно в центр, к ратуше, а может быть к передающей станции, которая молчит с самого утра. Но, так или иначе, прут точнехонько через их позицию, тут Лейнер место выбрал правильно.
— Так, Себастьян, Хадиф, будьте наготове. Ваш выстрел первый. — предупредил ракетометчиков Лейнер. — Взрываем первый и последний танк в колонне. Если они развернуться, то подрываем самый крайний из видимых.
Да, старая как мир тактика боя с колонной тяжелой техники, введенной в город. Только вот у Дойла складывались серьезные подозрения в том, что при данных технологиях она будет не совсем эффективна.
Впрочем, сейчас его задача не дать противнику сосредоточить огонь на позиции тех людей, что способны уничтожить вражеский танк и, если уж совсем повезет, пользуясь пробивной силой выстрела из гаусс-орудия попробовать самому подбить пару-тройку этих гробов на гравио-двигателях. Обычно, в такие моменты человек начинает вспоминать самые яркие события своей жизни, а вот Дойлу что-то на ум ничего не пришло. О Марсе думать не хотелось, Тиадар поначалу как-то не впечатлил, а потом тут начались слишком непредвиденные события… Вот, получается, и вспомнить-то за всю прожитую жизнь нечего. Черт, надо же до такого дойти. Дойл улыбнулся сам себе. Наверное, какому-нибудь космическому пирату есть, что порассказать детям, а вот ему, офицеру двух правоохранительных служб, нечего. Хотя вот если все сложится удачно, о сегодняшнем дне можно будет и сочинить пару баек. А еще, как ни странно, вспомнилась Грейт, угощающая его чаем по собственному рецепту. Вот уж чего не ожидал, того не ожидал. Столько, на самом деле, интересных моментов было, а запал в память именно этот… Дойл включил боевые системы скафандра и выглянув из-за стены в окно взглянул на подъезжающий передовой танк. Надо будет еще разок напроситься к ней на чаек… Это была последняя связная мысль. После того, как из соседнего окна вырвалась плазменная ракета и на месте передовой машины повстанцев расцвел раскаленный цветок взрыва, думать не полагалось. Надо было действовать.
Положив на подоконник ствол гаусс-ускорителя Дойл надавил на гашетку и все потонуло в дрожащих сполохах голубого пламени, вырывавшегося из ствола. Здание задрожало от оглушительных раскатов слившихся воедино выстрелов, из окон на колонну обрушился смертоносный поток, сквозь заполнивший воздух сине-белый дым, Дойл видел, как на броню остановившегося прямо под его позицией транспортера падают убитые, кто-то скатывается по покрывшемуся пробоинами борту на мостовую, из открывшегося в боку люка свешивается еще вздрагивающее тело, с отстреленной верхней частью головы. Колонна смешалась, кто-то подался назад, врезавшись в следовавшую за ним машину, кто-то решил объехать затор по краю улицы и еще один танк перегородил улицу, врезавшись в стоявший напротив дом и увязнув в обвалившихся балках и перекрытиях.