В животе у Бурбона все похолодело. «Да они же маньяки, – подумал он, чувствуя, как ладони намокают от пота, а кожа покрывается мурашками. – Вот уж угораздило вляпаться по самое не хочу».
– Э-э, пожалуй, я передумал. – Бурбон встал с колен и медленно попятился к двери. – Вы идите, куда вам надо, а я тут останусь. Я никому не скажу, что видел вас, если кто-то меня спросит об этом. Не говорю, что это возможно, но вдруг такое произойдет, я буду молчать. Честно-честно.
Рыжий с блондинкой наблюдали за ним с загадочными улыбками на лицах.
– А он и, правда, забавный, – сказал Купрум и вскинул автомат: – А ну стой! Куда собрался? Во-первых, мой рюкзак за твоей спиной, а во-вторых, я тебя не отпускал. Уйдешь, когда я разрешу. Давай, топай на улицу, и так уже много времени потеряли. Ну чего встал? Шевелись!
Бурбон развернулся и, понуро повесив голову, поплелся на выход.
На улице к нему быстро вернулась способность анализировать, а вместе с ней и более-менее нормальное настроение. После недолгих размышлений он пришел к выводу, что ничего такого уж катастрофичного не произошло. Чудо-средство Какаду осталось при нем, он жив, и не факт, что эти двое на самом деле кровожадные маньяки. Может быть, они так пошутили, развели, как лоха, забавляясь его реакцией на происходящее.
Успокоив себя подобными мыслями, Бурбон, выполняя указания рыжего, зашагал к железнодорожной насыпи. Ночью он ее не заметил, а сейчас, в красноватом свете всплывающего над горизонтом солнца, отчетливо видел сквозь ветки растущего на ее склонах хмызника ржавые нитки рельсов.
Дом находился шагах в двадцати от стальной магистрали. Наверняка в нем когда-то ютилась семья путейца. Вряд ли кто-то другой согласился бы добровольно жить в такой близи от железной дороги.
Бурбон почувствовал приступ тревоги, когда увидел истоптанную множественными отпечатками лап и босых ног землю неподалеку от дома. Он не был таким уж следопытом, но даже его не слишком наметанный глаз отметил вдавленные в почву свежие травинки и мелкие лужицы проступившей из грунта воды. По этим признакам сталкер решил, что следы появились недавно. Он вспомнил терзавшие его слух ночные звуки и похолодел от мысли, что их жизни висели на волоске.
Бурбон обратил внимание Купрума на отпечатки, но тот отмахнулся и велел ему не забивать голову всякой ерундой. Дескать, на то и Зона, чтобы по ней ночью бродили разные твари.
– Ты лучше не следы разглядывай, а под ноги смотри, чтоб в аномалию ненароком не вляпаться, – посоветовал он и закончил перефразированной на свой лад поговоркой: – Мутантов бояться, за хабаром не ходить.
Бурбон расценил его ответ по-своему. Если Купрум без слов заставил Какаду покончить с собой, ему ничего не мешало воздействовать на мутняков на расстоянии. На взгляд Бурбона, это достаточно смелое предположение вполне могло оказаться правдой. Говоря по существу, он ничего не знал о рыжем с блондинкой. Начать хотя бы с того, кто они такие и откуда появились в Зоне? Портал мог вывести их как из какой-либо точки про́клятых земель, так и из другого мира. Может, они путешествуют между мирами, преследуя одним им понятные цели, поэтому и пытались узнать у Лекаря, где находится очередная соединяющая реальности между собой «червоточина».
– Миропроходимцы, мля, – буркнул себе под нос сталкер и затрещал сухими ветками кустов, поднимаясь на склон насыпи.
Дом путейца стоял на самом изгибе обходящей заболоченную низину стальной магистрали. Она заканчивалась метрах в ста пятидесяти к юго-западу отсюда врытыми в землю бетонными треногами с соединяющими их ржавыми рельсинами вместо перекладин. В тупике стояли два сцепленных вагона, и на крыше дальнего из них искрил белыми молниями здоровенный «разрядник».
– Нам туда, – Купрум махнул рукой в противоположном от тупика направлении. Там, на фоне светлой полосы неба, отчетливо просматривались полуразрушенные фермы железнодорожного моста. До него навскидку было чуть больше километра.
Бурбон глянул на плавающие среди серых коряг болотные испарения и невольно поймал себя на мысли, что радуется их невероятному везению. Если б ночью они пошли к дому с этой стороны насыпи, вряд ли бы он стоял сейчас между пахнущих креозотом шпал, вдыхая его резкий, смешанный с болотной гнилью запах.
Легкий шлепок рукой по плечу вывел его из состояния задумчивости. Сталкер попрыгал, поправляя рюкзак за спиной, и зашагал по пространству между коричневыми от ржавчины рельсами.
Хрустко ступая по перепачканной мазутом щебенке, с треском ломая пробивающиеся между черных полусгнивших шпал кустики бурьяна, трое путников быстро приближались к мосту. Высокую скорость передвижения обусловило отсутствие аномалий на маршруте. Нельзя сказать, что деструктивов вообще не было. Ловушки разных типов и размеров встречались, и довольно часто, но все они располагались по сторонам от насыпи, как будто та служила для них неким водоразделом.
Небольшая заминка вышла возле моста. В силу неизвестных причин он частично обрушился в проходящую под ним, густо заросшую по обоим берегам камышом заболоченную протоку.
