Шесть километров на скорости тридцать в час — это двенадцать минут, но на деле, они не уложились и в двадцать. Вместе со временем, потребовавшимся чтобы рассесться по машинам, натикало полчаса. Тихоходный «урбанмех» Элайза оставила в лагере, посадив на него пилотом Мари Вафиадис. Снова отремонтированный «стингер», который обычно пилотировала эта девушка, Элайза передала Краточиловой как более опытому бойцу. Угнанный Катариной Зарикос мех загнали в ремзону на «Дериное»: с неработающей правой рукой, от него толку было негусто. А всей возни с починкой несущего стержня, миомерного привода и установкой новой брони предстояло часов на пять или шесть.
С бэттлмехами вместе в атаку шла и пехота — оба взвода на своих четырёх БТР. Уж тридцать-то километров в час их моторы и при полуторной гравитации Балавата давали стабильно. Это «блэкджек», «ханчбэк», «пантеру» и мехи огневого лэнса Фиорелли мехвоины гнали бегом по заснеженному каменистому грунту.
Уже после выдвижения из лагеря серая метка отправленного сообщения на коммуникаторе стала синей: Оливейра (или кому там достался в руки его комм) принял послание. Вкоре в наушниках шлема Элайзы звякнул сигнал вызова. Свой коммуникатор она подключила к аппаратуре связи «блэкджека», так что принять и ответить труда не составило.
— Лейтенант Оливейра?
— Да, я. Вы встретили Кэт?
— Конечно. «Негодяй» в её устах было явным для тебя комплиментом.
— Не сомневаюсь. Чорт побери, тут холодно…
— Тридцатник, — сказала Элайза, бросив взгляд на забортный термометр. — Ты где-то на улице?
— Я на макушке «Вонючки». Нашего «Юниона». Мой комм отрубили от сети.
— Чем порадуешь? Я буду у вас минут через десять с ротой мехов и ротой пехоты.
— Чорт побери… сейчас я попробую связаться с ребятами.
— Сколько их у тебя и где они?
— Двое в «уоспах» из моего лэнса, Гриша и Зейнаб. Я их вижу, они на площадке, рядом с истребителями. Лётчики… я постараюсь уговорить их командира.
— Постараешься? — Элайза недобро сощурилась, хоть Оливейра и не мог этого видеть. — У тебя две минуты устроить конференц-связь с командиром лётчиков и мехвоинами. Три-четыре канала твой комм потянет?
— Сейчас… отключаюсь, я наберу вас.
Скорчившись за пушечным блистером так, чтоб сложнее было заметить с земли, Оливейра переключил режим коммуникатора.
— Ну, давай, — бормотал он себе под нос. — Благословенный Блейк, подсоби…
— Дарий? Прохазка сказал, ты убит, — по голосу Глэдис не слышалось, что она обрадована его «воскрешением». Или же опечалена предполагаемой гибелью. Ну да, Глэдис всегда была деловой девчонкой…
— Я жив. И тут на канале ещё кое-кто… коммандер Маркхэм из армии Магистрата — второй лейтенант Глэдис Окада, командир эскадрильи, — представил их друг дружке Оливейра.
— Так, лейтенант. Ты уже должна видеть нас на радарах, и мехвоины тоже, поэтому слушай сюда. Поможете нам против пиратов — я сохраняю вам жизнь, ваши мехи и прочее. Нет — буду считать вас пиратами и обойдусь соответственно.
Кадисия, Балават
Магистрат Канопуса
20 августа 3017 года
При идеальном для себя раскладе, Прохазка мог выставить девять мехов против двенадцати: трио своих пикинёров — «вольверайн», «шэдоу хок», «джавелин» — плюс трофейные «феникс-хок» и «уосп», как раз подоспевшие из гарнизонной ремзоны, да плюс «уоспы» четы Перовичей и ещё «мародёр» с «райфлмэном», которые должны были вот-вот спуститься с борта «Вонючки». Ещё четыре лёгких истребителя, «сперроухоки» и «сэйбры», против четырёх же лёгких канопианских машин — таких же «сэйбров» и «центурионов». Но это всё было в теории; на практике же, Глэдис Окада видела пять мехов Прохазки против наступающей роты, и лихорадочно пыталась решить, на чьей она стороне.
— Чем подтвердите свои слова, коммандер? — спросила она.
— Мамой кланус, — карикатурно изобразив астроказийский акцент, сказала Элайза. — Ничем. Выбирай: веришь мне или нет.
— Именно это я ща и пытаюсь, — огрызнулась Окада.
Времени ждать её выбора уже не оставалось, и Элайза переключила канал, оставив комм Оливейры на удержании.
— Джеймс, выдвигайся. Код — «жёлтый», — теперь она переключилась на командиров лэнсов. — Код — «желтый»!
Это значило, что наёмники не определились, на чьей они стороне, и есть резон их щадить — вдруг сдадутся?
— Поняла. Работаю! — командир огневого лэнса Лючана Фиорелли вскинула руку своего «крусейдера», давая сигнал перейти на шаг через три десятка секунд — по числу поднятых пальцев кисти.
— Вперёд! — приказал ударному лэнсу Раджкумар Утпат.
Тройка «ассасинов» и «уосп» Джессики Крофорд припустили бегом, БТРы пехоты тоже ускорились.
— «Жёлтый-зеро», — уточнила Элайза.
