– Всё ладно устроим, не сомлевайся, Еремей, – заверил Драгун экспедитора. – Народу пьющего на приисках полно, так что помех не будет, главное чтоб не засветиться. Уж пристально власти на торговлю нашу стали смотреть, организовывают даже стрелковые отряды, выслеживают, вынюхивают. Так что за страх-то и доплату добавить не мешало бы.
– Передам твоё пожелание, передам. Но как исполнится, пока знать не могу. В следующий заезд, можа, что и сообщу, можа, уважат твою просьбу. Хотя тебе скажу: все мы по дощечке ходим – кордоны усилены, с каждым разом сложнее доставлять фляги. Вы, главное, как надо верстайте, чтоб гладко всё было. Не мне вас вразумлять, коль ходы-выходы вам ведомы.
Брагин знал со слов Драгуна: на каждом прииске у них есть надёжные и проверенные люди, свои, не продажные. Через них-то и был налажен на местах торг и обмен спирта до горняков и другого простонародья. Спиртоносам только и была работа, чтоб в какое время, куда и сколько подвезти товара. Соблюдали при этом крайнюю осторожность, никак не допускали о них дознаний от охранки.
Власти негодовали, проклиная подпольных торгашей. Некоторые группы спиртоносов, а это особо из бывалых, частенько набегали на участки, грабили, и золото мимо кассы «Лензото» уходило с ними по неведомым тропам. С этим уж никак не могли смириться власти, оттого и принимали меры, какие могли.
Группа же Драгуна разбоями не занималась. Жили в землянке, поставляемый спирт тихо сбывали, деньги и золото, что шло в руки, хозяевам передавали. Жили, не высовывались зазря, а посему и ладно какой год всё получалось. Якуты и те не знали, где землянка людей Драгуна и сколь их человек. Чем они занимаются, якутов тоже не интересовало, своих забот хватает, да и в тайге много разного люду бродит, а выяснять у кого-либо кто такие, не в их интересах – если что не так, и убить могут, а тайга всё покроет, и нет дела властям промыслов до якутов. Кто они для них? Да никто.
Еремей со своим напарником Григорием, отдохнув ночь, с утра направили своих коней в обратный путь. Григорий оказался человеком глухонемым, только на пальцах и мимикой и общался со всеми, всё решал за него Еремей.
Драгун, проводив спиртоносов-экспедиторов, решил за оленями в этот раз идти с Брагиным. «Хватит ему от безделья слоняться, пора новичка к делу тянуть», – решил он.
– Матвей, ноне за оленями с тобой пойдём, – объявил Семён Брагину.
Брагин не удивился решению Драгуна, однако поинтересовался:
– Далёко шагать?
– Ближнее стойбище якутов на Жуе, за перевалом. Ходу, скажу тебе, если без передыху, почти весь день будет.
Брагин в знак согласия кивнул и тут решил поведать Драгуну о затонувшем золоте. Всё ж к Жуе пойдут, как раз к тем местам, где оно и покоится. «Раз такое дело, то и ускорить надобно с золотом. Благо, если отыщем, да вызволим из реки его, тогда и тайгу покинуть можно. Незачем мне мошку кормить здесь и со спиртом возиться, не по мне это. Хлопотное дело, рискованное, вдруг изловят, а того хуже и застрелят, второй раз мне уже не подняться, а то и тюрьма неминуемая…» – размышлял Брагин.
– Семён, отойдём недалече, присядем, потолковать бы надобно, – предложил Брагин Драгуну.
– Об чём говорить хочешь?
– Есть о чём, не всё разом, присядем, вразумлю.
Присели поодаль от землянки на поваленное дерево, закурили.
Брагин со всеми подробностями рассказал, как он с напарниками покинул прииск Мариинский, как грабили прииски Степановский и Золотое Русло. Скрыл лишь убийство зимовщика и двух копачей-старателей на Гераськино и как был пристрелян свой раненый товарищ.
– Ежель достанем золото, по чесноку на доли поделим. Прикинь, по двадцать фунтов на брата, на две жизни хватит, – закончил Брагин свой рассказ.
– Что ж, хорошую новость ты мне известил. Не скрою, не зря, значится, тебя от смерти спасли, не зря. Как чуял я, что ты чем-то пригодишься. А тут такое! Да нет возражений, это мы в момент организуем, только чтоб ты место нашёл то.
– Помню, место приметное, супротив, где утоп Проха с золотом, на берегу два больших валуна лежат. Никак не возможно такое место не запомнить, сплю и вижу.
– Годится. Завтра раненько и тронем всем хором. Тянуть с этим не будем, уж шибко поднять такую находку потребно, это ж вся наша жизь, мать её ети. Ай да Матвей, ай да сукин ты сын, молодец, что выжил, молодец, – Драгун хлопнул Брагина по плечу.
– Вот только сомнения у меня: ледоход не мог сместить или сдвинуть далее по реке мешок с золотом?
– Размышляю, нет, – утвердительно ответил Брагин. – Оно в подводной яме, а два пуда поднять с ямы и снести это дело льду непосильно, скользнул разве что по нему и всё тут. Нет, никак такое не возможно.
– Ну и ладно, это так и есть, оно ведь весьма тяжёлое, даже если б и не в яме лежало, не сдвинулось, – согласился Драгун.
– Вот только по ледяной воде как золото вызволять будем? – озабоченно высказался Брагин.
