Пит был один без Сулы, а это уже было само по себе странно. Поэтому я сразу поняла, что разговор будет серьёзным.
Мы шли по узенькой тропинке, освещаемой сегодня на удивление яркой и большой луной. Сначала мы шли молча, но, когда отошли от нашей стоянки на достаточное расстояние, Пит сказал:
- Мелания, ты прекрасно знаешь, что являешься необычной волшебницей. Но ты и не представляешь насколько ценной являешься для всей Тиерии. Наша встреча действительно не случайна, всего я пока рассказать не могу, но наша главная задача - доставить тебя в Дарунские горы к народу Ледяных гор. Я знаю, ты никогда о таком народе не слышала, зато они о тебе прекрасно знают и ждут. Именно у них находится ключ от пещеры Гелеры, и люди Ледяных гор отдадут этот ключ только тебе. Когда Херокс освободил народ Катары из Руворского леса, магическое равновесие Тиерии нарушилось, и его необходимо восстановить. Сделать это можешь только ты. Я не просто так завёл этот разговор. Завтра мы пойдём в земли фируанцев, и не известно, сможем ли мы все выйти оттуда живыми. Если кто-то из нас погибнет, ничего страшного для Тиерии не произойдёт, но если погибнешь ты, наша планета медленно сама себя уничтожит. Поэтому я тебя очень прошу, что бы ни случилось, думай прежде всего о себе, а уж потом об остальных. Не вздумай умереть, Тиерия этого не переживёт, - очень серьёзно произнёс Пит.
Я ничего не понимала. У меня было очень много вопросов, но я ни одного не задала Питу. Я ему верила. Поэтому просто ответила:
- Я постараюсь.
- Вот и молодец, - ответил Пит и мы пошли спать.
Утро началось как обычно. Раньше всех всегда вставал Кил, он собирал первые раскрывшиеся цветы и дарил их Тэрле, пока она не успевала окончательно проснуться. Та как обычно выкидывала букет, завтракала и улетала в виде нивера в неопределённом направлении. Правда, в последнее время Тэрла стала терпимее относиться к назойливому вниманию Кила. Цветы она губила уже больше по привычке, с лица исчезло прежнее презрительное выражение. Да и Кил уже поубавил пыл, он не привык так долго ухаживать за девушкой, ведь у дозорных Руворского леса не так много свободного времени. Он всё больше стал проводить время в компании Рока, они очень быстро сдружились. Я даже начала немного ревновать. Зато мне удалось разговорить молчаливую Сулу, и мы часто проводили время вместе. На наших отношениях с Роком это не сказалось. Мы по-прежнему любили уединиться и поболтать. Свою физическую тягу друг к другу контролировали очень строго. Пит тоже стал вести себя более открыто и свободно. Хоть он и оставался почти всегда серьёзным и рассудительным, чувствовалось, что он ведёт себя естественно. Ну не умел он, как мы с Роком, словно дети малые, дурачиться и хохотать над любой ерундовой шуткой. Единственно, кто мог вывести Пита из равновесия и заставить улыбнуться, это Кил. За эти несколько месяцев мы все стали очень близки. Мне казалось, что я встретила старых верных друзей, которых давно не видела. А ведь в Варнабиссе за всю жизнь я так и не смогла найти ни одного настоящего друга. Несмотря на то, что внешне я всегда была дружелюбной, любила поговорить, в свой внутренний мир я никого не впускала. Почему, не знаю. Может, потому что подсознательно боялась сначала довериться, а потом потерять. А может просто не нашлось человека, близкого мне по духу. Зато сейчас я ни секунды не сомневалась: я встретила тех, с кем можно не только в разведку пойти, но и жизнь за них отдать не раздумывая. Даже Тэрла, с которой у меня были самые сложные отношения, не вызывала неприятных чувств. Просто сказывалось женское соперничество. Но я была уверена, если мне будет угрожать опасность, она первая побежит меня спасать.
Все уже проснулись, позавтракали. Тэрла сегодня никуда не полетела, как обычно бывало, потому что нам необходимо было окончательно решить, как пробраться через земли фируанцев. Опять было очень много предложений и вариантов. Но раз за разом у каждого предложения находились свои слабые места. В итоге, последнюю черту подвёл Пит.
