И провалилась в легкий, спокойный сон, уютный и мягкий, как одеяло, так заботливо укрывшее меня.
Проснулась я от тихого разговора…
Тигр что-то говорил на своем певучем языке, а его нани отвечала. Тихо, но так жестко, что как он там, бедняга, на писался под себя, вообще было непонятно.
Я моргала, пытаясь осознать себя в пространстве, вслушивалась в голоса, ничерта не понимая, а просто радуясь, что рядом, через стенку, живые люди. Как-то страшно просыпаться в темной комнате… Одной. Этот страх со мной с детства, никуда не девался.
Шторы были задернуты, потому я понятия не имела, который сейчас час, и сколько удалось поспать.
Но, судя по вполне ясной голове, довольно много.
Никаких последствий похмелья не чувствовалось, ничего не болело, и вообще состояние было довольно сносным. Это если физику брать.
А вот эмоционально…
Хотя, эмоционально я тоже вполне в себе была.
Наверно, тупо устала страдать, замучилась, вот организм и решил меня пожалеть, нервишки подлечить сном и умиротворением.
Под пушистым одеялом было невероятно уютно, ступни обнимали тепленькие мягонькие носочки, и я невольно зажмурилась и потянулась, словно кошка, пригревшаяся на ласковом солнышке.
Че-е-ерт… Все же, жить так хорошо…
Я здоровая, мне всего уже восемнадцать, учусь, и впереди… Да хорошая жизнь впереди!
И даже то, что случилось совсем недавно между мной и Тиграном, сейчас виделось в другом свете. И мое решение уехать в родную дыру, где каждый таракан знаком с детства, показалось несусветной глупостью.
Вот еще! Поеду я! Из-за чего? Из-за кого?
Нет уж!
У меня тут учеба, на бюджете, между прочим! Такое не каждому выпадает! Универ входит в десятку лучших по стране. Общага. Возможность постажироваться на крупных городских предприятиях. И все это бросить только потому, что не хватает физических и эмоциональных сил выдерживать напор бешеного парня?
Глупость…
Силы надо найти.
Вот и все.
Я, как выяснилось, на редкость целеустремленная. Сама от себя не ожидала, но, если осмыслить все, что делала до этого, то очень даже есть, за что себя уважать.
Вот с этими мыслями и надо вставать, да…
Я снова потянулась, поджав от удовольствия пальцы на ногах, и мое шевеление привлекло внимание.
Дверь приоткрылась, и на пороге комнаты возникла огромная плечистая фигура.
— Киса… — прохрипел Тигран, делая шаг в комнату и не сводя с меня внимательного тревожного взгляда, — киса…
— Ну что заладил? — за его спиной нани было вообще не видно, но прекрасно слышно, — дай девочке проснуться, в себя прийти… Умыться. Иди отсюда!
Тигран повернулся, его здоровенная фигура чуть съежилась, словно уменьшаясь в размерах, он что-то сказал нани на своем, но та сурово прервала:
— Она не понимает! Зачем на наш язык перешел? Иди, я сказала.
И, не дожидаясь его ответа, снова хлестнула правнука по спине полотенцем.
Тигран моментально отступил и скрылся в направлении кухни.
— Иди, чеми карги, — тут же перешла на напевный, текучий говор нани, — умойся. И кушать.
— Спасибо… — похлопала я ресницами, — но я, наверно…
— Не спорь! — О, а вот и мне досталось железного тона нани, — умывайся! И кушать! Надо силы восстанавливать!
После этого приказа мне ничего не оставалось, только пойти в ванную комнату.
Там я уставилась на свое отражение, удивилась цветущему на щеках румянцу, переплела распушившиеся волосы в свободную косу. Длиной я, конечно, не могла похвастаться, как у Васи, но косичка ниже лопаток — это нормально так. И миленько.
Я вообще себе показалась очень даже миленькой. Нежненький такой цветочек с румяными щечками и горящими глазами.
Жаль, что я так не выглядела, когда только-только увидела нани Тиграна.
Если бы можно было второй раз произвести первое впечатление… Хотя… Пригладить волнистые волосы, у висков накрутить мокрыми руками локоны…
В гостиную я заходила уже няшная до безобразия.
Тигран сидел за столом в кухонной зоне, жевал какой-то сложносочиненный пирог размером с этот стол, увидел меня, за так и замер, не донеся кусок до рта.
Глаза его сверкнули таким откровенным мужским восхищением и голодом, что я чуть не споткнулась на ровном месте и полыхнула бешеным румянцем, в красках представив, что было бы сейчас тут, если бы не присутствие нани.
И если я скажу, что мне от этого не стало жарко, то совру.
Мне очень-очень жарко стало! Огненно!
Ну вот как тут уберегаться? Когда такое? Где силы искать?
Только постоянно вспоминать, что сидящий передо мной нереально привлекательный, самый крутой, самый красивый парень на свете — блядун, потаскун и собственность любой мало-мальски привлекательной юбки универа? Да еще и без пяти минут прочно женатый?
Это помогало, конечно, но… Ровно до того момента, пока он не начинал смотреть на меня вот так. Или не дотрагивался.
Боже…
Какой ужас.
Как мне быть дальше-то?
— Садись, — скомандовала нани, обернувшись ко мне, — кушай! А ты, — она посмотрела на правнука, — глаза убери! Совсем девочку запугал!
— Да это она меня… — поперхнулся Тигран, не договорив фразу.
