Он тогда учился в школе инструкторов. Окрыленный тем, что сбылась его заветная мечта, он был счастлив. Даже незнание русского языка оказалось не столь уж существенным препятствием. Все то, чему здесь обучали, было ему знакомо — слышал либо от отца, либо от Бекну, Чичико или Максиме. Разница была лишь в том, что сейчас посторонние люди, педагоги, на практике обучали его всему этому. Происходило повторение и закрепление ранее услышанного и увиденного.
Удивило его разнообразие способов завязывания петель. До того он знал всего два способа, те, которыми он пользовался при возке сена либо дров и в альпинистских походах, но, оказывается, этого было недостаточно. К тому же вязать петли, как их вязали сваны, можно было лишь на обычных веревках из конопли, а петли, которым он научился в лагере, вязались на особых капроновых веревках. От того, насколько умело и быстро завязываются петли, во многом зависят успешное преодоление отрицательных стен, стремительный и безопасный спуск с большой высоты.
В лагере изучали также «характер» гор, их «настроения», «фокусы» снегов и ледников, приобретали необходимые сведения в синоптике.
Если раньше погоду угадывали, основываясь на собственных ощущениях, предчувствиях, на народных приметах, теперь на помощь пришли научные знания. Седовласые старики сваны говорили обычно так: «Если вечерней порой лучи заходящего солнца окрасят в красный цвет белые облака — жди назавтра хорошую погоду. Но если Тэтнулд закутался в белое покрывало — жди дождя и ветра». Приметы оправдывались, пожалуй, никто не припомнит, чтобы предсказания стариков когда-нибудь не сбывались. Дар угадывать и предсказывать погоду поразительно развит у жителей гор. Они располагают целым арсеналом примет и признаков, однако попробуйте спросить, отчего же все-таки должна испортиться погода, если Тэтнулд окутался белыми облаками, или почему завтра день будет погожий, если на закате облака окрасились в красный цвет,— никто из стариков объяснить этого не сможет. Причинно-следственной связи этих явлений они не знали, да, вероятно, и не испытывали в том нужды.
Но для альпиниста знание всего этого имеет особое значение хотя бы потому, что приметы и признаки, по которым можно предугадать погоду, скажем, в горах Кавкасиони и Тянь-Шаня, никак не схожи меж собой и не могут быть схожими. Умение прогнозировать погоду так же необходимо альпинисту, как крепкие мускулы, несгибаемая воля и острое зрение, ибо ненастье является его свирепым и недремлющим врагом. Именно ненастье, непогода бывали причиной гибели множества известных альпинистов. Сколько экспедиций, уже, казалось бы, миновавших опасные рубежи, навеки осталось в пути, сделавшись добычей холода и голода из-за внезапных снегопадов и буранов...
Охотники-сваны осеняли себя крестным знамением, взывали к властелину Элиа — оставшемуся в небесах с древнейших, языческих времен грозному богу погоды, моля его ниспослать милость, и смело выступали в путь, положившись на свое чутье и на авось. У них имелись великолепнейшие возможности сбиться с пути в тумане, превратиться в ледяное изваяние — но ожиданию погоды они предпочитали даже такой конец, как гибель в бездонной пропасти.
Зимней порой, на Рождество и в Неделю Блудного сына, когда в ущелье Энгури с бешеной страстью взовьется, закружит, завоет снежный вихрь, путники часто сбиваются с пути и замерзают в снегу. В смерти заплутавшего путника обвиняли обычно злых духов — шашишеби. Родители чуть не с младенчества внушали детям почтение и страх перед шашишеби. Читали им стихи о коварстве шашишеби, заклинания и молитвы.
и так далее.
Шашишеби носились по заснеженным просторам в поисках поживы. Повстречав путника, они окружали его, бормотали, подвывали, мельтешили перед ним, вконец заморочив его, завлекали в непроходимые места и сбрасывали в пропасть. Лесные люди плевками околдовывали тропки путников, а хале[14], обитавшие высоко в скалах, сводили с ума плутавших среди скал, ошеломляли их своим появлением, устрашали разными обличьями, заставляли оступиться, поскользнуться и тоже сбрасывали в пропасть. Особенно не любили хале детей, вот и Михаила взрослые все детство запугивали этими хале.