― Не магия заставляет меня держать свои обещания.
― Знаю, ― прошептала Тиган.
― Я люблю тебя.
― Ты не можешь.
― Почему нет? ― спросил Финн.
― Хочешь знать, из-за чего я плакала?
― Я же сказал, что хочу.
― Это потому, что я не такая хорошая, как ты, Финн. Я ― гоблин. Я скормила Джинни адским псам. Ужасная, противная Зеленозубая Джинни сдержала свое обещание, и я использовала это, чтобы спасти свою собственную шкуру. Она умоляла меня не делать этого. Но я сделала именно то, чего хотел бы от меня Дорхэ, не так ли? Убить ее было удобно, как сказал мой кузен Кайл. Ты пойдешь со мной по этой тропе, охотник на гоблинов?
Финн сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.
― Ты поэтому избегаешь меня?
― Да.
Тиган смотрела на свои ноги, ожидая, когда он уйдет.
― Посмотри на меня, девочка.
Она подняла глаза.
― Я сказал, что люблю тебя. Это не изменится, что бы ты ни сделала. Но мне нужно знать одну вещь. Это тот путь, по которому ты собираешься идти?
― Нет, ― призналась Тиган. ― Я ненавижу себя за это. Я ненавижу то, что сделала. Но я уже пошла по этому пути, не так ли? Это у меня в крови.
― У тебя есть выбор, как и у любого другого существа, ― возразил Финн. ― Ты можешь пойти по наклонной, притворяясь, что ничего не можешь с этим поделать. Можешь свернуться калачиком и умереть от сожаления и печали о том, что ты сделала. Или можешь встать и сражаться, даже если успех в этой битве никто не гарантирует.
― Мамио научила тебя этому?
― Бойскауты, ― ответил Финн. ― Ничто не могло отнять этот выбор у тех двух стариков: ни улицы, ни голод, ни лохмотья, ни проклятия. Они сами выбрали свою жизнь. Они научили меня выбирать свою. Если ты вновь собьешься с пути, я сделаю все возможное, чтобы вернуть тебя на правильный путь, девочка.
― Именно этого я и боюсь, ― сказала Тиган. ― Моя семья ― гоблины, Финн. Я не хочу втягивать тебя в это. Я могу стать кем-то вроде Кайла. Томас, убивший ангела, вероятно, мой двоюродный брат. Я не могу позволить тебе любить меня.
Финн почесал затылок, словно раздумывая.
― Пускай мне нужно твое разрешение, чтобы поцеловать тебя, девочка. Но мне не нужно ничье разрешение, чтобы любить тебя. Это мой выбор, и ты ничего не можешь с этим поделать.
Тиган покачала головой.
― Ты все еще не понимаешь. Знаю, ты думал, что я твоя a gra ma или как там…
― A ghra mo chroí, ― поправил Финн. ― Любовь моего сердца.
―…но это не так. То, что я сделала в Маг-Мелл, сломало меня.
― А разве это не призвание Фир Болга ― чинить то, что сломано?
Он протянул ладонь и провел линию над ее рукой, держа палец в дюйме от ее кожи. Электрическая дуга от кончика его пальца вызвала мурашки по коже, когда о последовала за его пальцем вниз по ее руке. Тиган задрожала всем телом.
― Я все гадал, чувствуешь ли ты то же самое.
― Да.
Как тут поспорить, если Тиган едва могла дышать?
― Хорошо, ― Финн кивнул. ― Только я не знаю, что мне с этим делать.
― Что? Почему?
― Из-за лекции, которую твой отец прочитал мне в тот первый день.
― Но ведь потом ты спросил, можно ли меня поцеловать!
― Это правда, ― сказал Финн. ― Тогда я не думал, что мне нужен совет твоего отца. Но я знаю, что он нужен мне сейчас. У него есть опыт в подобных делах.
Внизу хлопнула дверь, и Финн встал.
― В каких делах? ― Тиган почувствовала, как ее лицо заливает жар. ― Подожди. Ты не спросил меня, люблю ли я тебя!
― В этом нет необходимости, ― Финн подошел к краю крыши и посмотрел вниз. ― Я МакКамхейл, помнишь? Я же говорил тебе, что собираюсь изменить твои планы.
Тиган покраснела.
― Я не все изменила. Я все еще собираюсь в Корнелл и ни за что не откажусь от этого. Но мне нужно подумать, как я могу совмещать учебу и общение с тобой.
― Возможно, сейчас не лучшее время для обсуждения тонкостей наших отношений, ― сказал Финн. Он протянул ей руку и помог подняться. ― Есть еще вопросы, требующие внимания.
― Что за вопросы? ― Тиган повернулась, чтобы посмотреть.
На тротуаре стоял Ленни, держа Эйдена над головой.
― Я вижу ее! ― крикнул Эйден и начал размахивать руками. ― Ти-ган! Скорее спускайся! Томас отращивает перья!
Серия «Гоблинские войны» основана на переосмыслении кельтской праистории и мифологии. Я использовала истории о Святом Патрике и Святом Дрого, житие Мирддина Виллта, валлийского барда, ставшего прототипом образа Мерлина из Артуровских легенд, а также жизненный уклад ирландских цыган, так называемых Ирландских Путешественников, чтобы вплести эту историю в наш мир.
Я в огромном долгу перед юным Фионном МакКамхейлом, великим кельтским охотником/воином из мифов, образцом ирландского героя. Во время работы над этой книгой я одну за другой поглощала истории фенианского цикла, намеренно игнорируя рассказы о дальнейшей жизни Фионна, когда его образ стал неоднозначным. Легенда гласит, что Фионн, как и король Артур, воскреснет, когда будет нужен, ― поэтому я надеюсь, что он не станет возражать из-за того, что я потревожила его покой, чтобы рассказать эту историю.
