— А… булками с марципаном угощают только делающих успехи в прописях, или другие могут присоединиться? — Не надеясь, что когда-нибудь услышу от этого самодостаточного пижона подобный тон — вежливый, не возвышающийся, тон, говорящего на равных, я некоторое время всматривалась в него, убеждаясь, что не галлюцинации. И не фонограмма, запущенная поверх неродного изображения. Проморгавшись, я улыбнулась.
— Конечно же, присоединиться могут все. Сандо? — Осмелев, опять вспомнила я о нем, предлагая также поучаствовать в намечающемся пиршестве, и заметила, что пока мы терли один угол на двоих, он уже отчистил половину площади. Откликнувшись, он поднялся и резко подошел ко мне. Первым желанием было пуститься наутёк. Оно не исполнилось мной по причине остолбенелости от страха. Сандо выхватил швабру у меня из рук, без предупреждений и такта.
— Идите оба на спарринги. Я закончу, — На наши недоверчивые взгляды, он шваркнул тяжело слова: — С вами только времени больше уйдёт! Болтаете много…
Отступая вместе с Джеро, не споря с самым дерзким на районе, я послала мысленно сообщение Хенсоку: "Ваш рецепт, как и многие другие, начал работать. Козьи какашки — настоящая панацея!"
Джей-Хоуп возвратился на сутки с небольшим с поста, вернув его старшему и опытному брату-привратнику, и подоспел вовремя: я как раз вынимала из очага булки на противнях, расставляя на рабочем дубовом столе. Я огласила после ужина, когда вышли наставники, всем, что хочу устроить маленькое пиршество по случаю успехов, которые мы сделали за то время, что прожили в Тигрином логе. У всех они были разными, но были. Я не знала никого, кто ни стал бы хоть чуточку лучше. Так что угощение приготовилось для нашей оравы, без исключений, но когда мы собрались, то двоих я всё же не досчиталась. Сандо и Джин. Ладно, с первым всё ясно, но второй где?
Убедившись, что всем нравится моя стряпня, я задумала разнести выпечку лично тем, кто не соизволил придти.
— Ты прям кондитер, — похвалил меня Джеро. — Очень вкусно!
— Спасибо…
— Вспомнился анекдот! — объявил Хансоль, щелкнув пальцами и присев на крайний стол. — "Девушка, а у вас булки сладкие? — А у меня и между булок не кисло!". — Шуга заржал, как обезумевший хорек, Чимин попросил Хансоля рассказывать что-нибудь более приличное. Монастырь, всё-таки. Младшие захихикали солидарно ушлым старшим. Я поймала на себе взгляд Рэпмона. Сделалось неуютно.
— А всё-таки… отлично мы тут живем! — философски приправил Пигун одобрением вечер, превратившийся почти в семейный, и задумался о чем-то. Ребята ненадолго замолчали. Кажется, постепенно все приходили к тем же выводам.
— Я и сам не знаю, что бы сейчас делал вне стен, — подтвердил Дженисси. — В Тигрином как-то всё осмысленно.
— Я иногда скучаю по тому, что было, — честно признался Чонгук, дожевав булку. — Но тут нравится всё больше.
— Ещё бы женщин сюда — и рай! — мечтательно замурчал Хансоль.
— Если сюда добавить женщин, то будет поселение размножающихся сектантов, а не школа боевых искусств, — все повернули головы к входу, обнаружив там мастера Хана, бесшумной походкой продолжавшего приближаться. — Что это вы тут собрались? Готовите бунт и революцию?
— Нет, вы что! — подобострастно подскочил к нему Шуга. — У нас скромные посиделки. В сближающих и морализаторских целях. Продленка, скажем так.
— Ладно. Тогда не обращайте на меня внимания. Я всего лишь проверяю, чтобы всё было в порядке, — оглядел он одеревеневших парней. Я протянула ему быстрее тарелку, на которую отложила часть марципанов.
— Угощайтесь, — с признательностью приняв один и попробовав, он сдержанно улыбнулся и вышел.
— Явка провалена, партию предлагаю распустить, — драматично покачал головой Джей-Хоуп. — О наших гастрономических предпочтениях узнало правительство.
— Может, сменим штаб-квартиру и в следующий раз встретимся с пивком в бане? — засмеялся Дженисси.
— Где ты пиво возьмешь? — простонали некоторые в разочаровании.
— А баня уже завтра… — произнес Рэпмон, опять покосившись на меня. Схватив блюдо с наготовленным, я шмыгнула между всеми, стремясь на выход.
— Пойду, угощу… Хенсока! — брякнула я первое, что пришло в голову, лишь бы уйти. Когда я прекращу смущаться и думать о том, на что намекают взгляды тех, кто знает мою сущность?
А подкормить-то тех, кто не пришел, тоже было неплохой идеей и, чтобы не плутать в долгих поисках монахов, о нахождении которых я не знала, я пошла к тому, кто был точно там, где его и следовало искать. Лео. Конечно же, он у ворот. И не откажется поесть что-то вкусное, и без того десять лет был на однотипной пище и кашке, как в доме престарелых. И хурмы в булках нет — всё, как надо. Я быстро забралась на три лестничных пролета выше, прошлась по дорожке, одолела ступеньки ещё одного и предстала перед калиткой. Дежурная лампочка над коморкой привратника горела, но его снаружи не было.
