Она очень понравилась Бетси, и девочка смотрела на нее, не сводя глаз. Лицо Феи излучало теплое сияние, и вскоре Бетси стала клевать носом. Эрма поднялась со своего места и ласково взяла девочку за руку.
— Пойдем, — сказала она. — Наступило время пира, пиршественные столы уже накрыты.
— Вот здорово! — воскликнула девочка. — Я только сейчас поняла, что ужасно проголодалась. А я смогу есть ту еду, что едят феи?
Королева улыбнулась и повела ее к дверям. Она отодвинула тяжелую портьеру, и навстречу им хлынул поток серебристого света. Глазам Бетси открылся великолепный пиршественный зал, посредине стоял стол, накрытый белоснежной скатертью, уставленный хрусталем и серебром. В конце стола возвышалось громадное кресло, даже скорее трон, на котором сидела Эрма, место рядом с ней заняла блистательная Электра. Многоцветку усадили по правую руку от королевы, а Бетси — по левую. Остальные пять фей прислуживали им, всем подавая их любимую еду. Многоцветке принесли блюдо со свежими, сверкающими каплями росы, а Бетси увидела перед собой целую гору самых изысканных лакомств.
— Госпожа Электра, должно быть, моложе всех остальных девушек? — спросила Бетси у Королевы Света.
— Почему ты так думаешь? — с улыбкой спросила Эрма.
— Потому что электрический свет был открыт совсем недавно. Его ведь изобрел господин Эдисон?
— Среди смертных он, может, узнал об электричестве первым, — отвечала королева. — Но существовало электричество всегда, со дня сотворения мира, и потому моя Электра — ровесница Феи Дневного и Лунного Света. Она равно светит всем — и смертным, и феям.
Бетси задумалась, потом обвела глазами всех шестерых фей и проговорила:
— Нам же все они нужны, правда? Нет такой, без которой мы могли бы обойтись?
Эрма тихонько засмеялась.
— Я безусловно не могу, — сказала она. — Думаю, и смертные затосковали бы, лишись они одной из моих фей. Дневной Свет не заменит Света Солнца, дающего нам силу и бодрость; Лунный Свет нам особенно ценен, когда Фея Дневного Света, устав от долгих трудов, удаляется на покой. А когда Луна, совершая свой круг, скрывается за горизонтом и прелестная Фея Лунного Света не может порадовать нас своим появлением, ей на смену приходит Фея Звездного Света, ибо небеса наделили ее неиссякающей энергией. Не будь у нас Феи Огненного Света, мы лишились бы не только тепла и уюта, но и той радости, которую дарит нам созерцание огня, горящего в камине. Но даже если все феи покинут нас, прекрасная Электра всегда готова устремить на нас поток ярких лучей. Как Королева Света, я люблю своих фей, потому что верю в их искреннюю преданность.
— Я тоже их люблю, — сказала Бетси, — но иногда, когда мне по-настоящему хочется спать, я могу обойтись вообще без света.
— Ты хочешь спать? — спросила Эрма, ибо пир уже шел к концу.
— Немножко, — призналась девочка.
Электра отвела Бетси в нарядную спальню, где была приготовлена белоснежная мягкая постель, терпеливо подождала, пока Бетси сняла свое платье, и облачила ее в переливающуюся ночную рубашку, которая лежала сложенной на кровати. Затем Электра пожелала Бетси спокойной ночи и вышла.
Лишь только за Электрой затворилась дверь, Бетси осталась в темноте и уже через несколько секунд крепко спала.
На следующее утро путешественники вновь собрались вместе. Из разных дворцов их доставили в резиденцию Титити-Хучу и провели в государственный зал.
Поначалу, как и накануне, все, кроме наших друзей и их провожатых, оставались невидимы. Затем раздался колокольный звон, и в одно мгновение оказалось, что зал битком набит королями и королевами. Затем колокол пробил еще раз, и на троне появился могущественный Джинджин, спокойный и сдержанный, как всегда.
Все присутствующие низко поклонились Правителю. Пронесся шелест множества голосов:
— Приветствуем Рядового Гражданина, самого могущественного из правителей, чье слово — Закон и чей Закон — справедлив.
Титити— Хучу поклонился в ответ. Окинув взглядом блестящее общество, собравшееся в зале, и маленькую группку путешественников, он заговорил:
