Джонсон был не настолько высок, чтобы заглянуть в трубу, поэтому он включил прыжковый ранец и поднялся на полметра над поверхностью.
– А по мне, не так уж узко.
– Было бы узко, будь на вас наша броня, – отметил Фред. Отвернувшись от трубы, он вновь наблюдал за тылом. – Без обид, сержант, но вам следует мыслить в нашем масштабе.
Джонсон глянул на Фреда с Джоном. Вместе с ядерными реакторами и прыжковыми ранцами, установленными на задних пластинах брони, туловища обоих Спартанцев были больше восьмидесяти сантиметров в толщину.
– Что ж, справедливо. – Выключив двигатели своего ранца, штаб-сержант опустился на землю. – Думаю, я смогу убедить капитана отправить по трубе первый взвод, а вас поставить на их место. Задача отвлечь противника вам точно по плечу.
– Нет, – сказал Джон. Если Фред был прав и Хэмм подготовила каверзу, поменяться местами – лучший способ смешать ей карты. Но Джону меньше всего хотелось выполнять вспомогательную роль. Это лишь укрепит убежденность Кроутера в том, что Спартанцам не место впереди. – Мы справимся, сержант.
Фред и Джонсон одновременно повернулись и уставились на него через лицевые щитки, а Келли поднялась на ноги и, посмотрев на загрузочный затвор, тоже обернулась к Джону.
– Ты знаешь, что мы с тобой, – произнесла она. – Но как собираешься сделать дело? Нужно ползти пять километров, а мы сможем там только ерзать.
– Долго ползти не придется, – сказал Джон. – Мы на дне ускорителя. Слой льда нигде не толще, чем здесь, а через сотню метров, где труба поднимается по склону, он начнет уменьшаться.
– Но эти сто метров нам все равно придется проползти, работая ай-джетами. – Келли повернулась к Джонсону. – Это займет время – вероятно, много. Рота Альфа сможет держать удар так долго, сержант?
– Не мне решать. – Джонсон не сводил взгляда с Джона. – И не об этом речь. Если вам не удастся опередить «цивет»…
– Опередим. – Джон закрепил штурмовую винтовку на спинном магнитном держателе своего «Мьёльнира». – Поверьте мне.
Джонсона это не убедило.
– Ты точно знаешь, что справишься? Если допустишь, чтобы центр связи заработал, то лишь докажешь, что Кроутер прав.
– Насчет чего? – спросила Линда.
– Что мы не готовы, – ответил Фред. – Ты не заметила? Он разбросал нас по батальону, словно мы новички, нуждающиеся в боевом крещении.
– Я думала, он просто пытается усилить взводы Черных Кинжалов.
– И держит на побегушках? – Келли фыркнула. – Черта с два! Он нам не верит.
– Что-то вроде этого, – сказал Джон. Подрывать авторитет вышестоящего офицера – вопиющее нарушение устава, поэтому он не озвучивал версию Ньето насчет попытки Кроутера защитить репутацию своих Черных Кинжалов. – Но сержант Джонсон прав. Мы должны справиться – а значит, никакого ползания.
Джон подтянулся, чтобы его торс оказался на уровне вырезанного в затворе отверстия, и наклонился вперед. Едва он поднял голову, чтобы посмотреть вдоль разгонной трубы, бортовой компьютер «Мьёльнира» угадал его намерение и включил фонарик в шлеме. С виду лед был довольно гладким, а высоты полости, от поверхности льда до внутренней поверхности трубы, хватало. Вскарабкавшись, Спартанец лег на спину, ногами в сторону горы, чтобы они в случае чего приняли на себя удар, и продвинулся вперед.
Его лицевой щиток оказался в считаных сантиметрах от стены, а руки плотно прижаты к бокам. Джон не видел ног – он лежал на ядерном реакторе, встроенном в броню в районе лопаток. Значит, ранец, прикрепленный ниже, будет задевать все, что выпирает изо льда.
Нехорошо.
– Джон, что, черт возьми, ты делаешь? – произнес Фред.
Датчик движения на головном дисплее показывал, что Фред стоит у загрузочного затвора и смотрит на макушку Джона.
– Пока точно не знаю.
Джон подполз обратно к отверстию, сел, развернулся и лег на живот, вытянув руки вдоль туловища. Теперь он чувствовал себя уверенней и видел, куда направляется, но, если обо что-нибудь ударится, пострадает голова, а не ноги. Что еще хуже, руки будут прижаты к бокам – очень плохой способ вступить в бой. Приподнявшись, Спартанец снял винтовку со спины и положил на лед перед собой. Тут он сообразил, что подсумки с экипировкой будут недосягаемы, и извлек катушку термитно-углеродного шнура.
Джон снова лег на живот, на этот раз вытянув руки перед собой и взяв в одну руку винтовку, а в другую – катушку.
– Ладно, – сказал он. – Это сработает.
– Как? – спросила Келли. – Ты лишь отобьешь себе задницу и вывихнешь пальцы на ногах. Это же год нужен, чтобы таким манером до вершины доползти.
– Я не говорил, что придется ползти, – возразил Джон. – Мы будем скользить.
– Это вверх-то? – Фред осекся, после чего сдернул со спинных магнитов бак ай-джета и подошел к затвору. – Ну да, рано или поздно я и сам бы додумался.
– До чего? – спросил Джонсон.
– Ну же, сержант! – Келли сняла с оружейных креплений на задней части брони ракетную установку SPNKR и дополнительные стволы. – Хотите зависать со Спартанцами – держите ухо востро.
Джонсон посмотрел на нее и, кажется, понял, как Синий отряд намерен подняться по трубе. Он повернулся к Джону:
