Толстяк подошел к шторам и нажал на кнопку.
– Коринтиум, – объявил он, и занавес разошелся, открыв огромную серверную ферму из нескольких десятков компьютеров.
– Что, прости? – переспросила Эмили.
– Крипта, – ответил Скарпио. – Она давно существует. Вроде довольно анонимная.
– Самая анонимная. По сравнению с Коринтиумом остальные системы – считай что «Пейпал». У тебя есть? – спросил Толстяк, явно обрадованный такой перспективой.
– Наверное, – ответил Скарпио. – Мои люди обычно покупают всего понемногу. На всякий случай.
– К концу года пять долларов будет стоить, – сказал Толстяк.
– Поздравляю… – неуверенно ответил Скарпио и обернулся к Эмили. – Пойдем отсюда.
Скарпио был прав. В этом измерении Толстяк явно не мог им помочь.
– Так зачем вы пришли? – спросил тот.
– Хотели попросить помощи, – сказала Эмили. Подумала упомянуть об игре, а потом вспомнила, какой ад им устроила полиция «Кроликов», и решила, что лучше не стоит.
– А конкретно?
– Нам нужно получить доступ к камерам наблюдения, – сказал Скарпио.
– Если совсем конкретно, ты мы ищем одного человека, – добавила Эмили.
– Координаты есть?
Эмили продиктовала Толстяку адрес ресторана.
Скарпио кивнул в сторону фермы.
– Я думал, твои компьютеры не подключены к общегородской системе наблюдения?
– Ну… – отозвался Толстяк, – я сказал, что у меня нет какого-то суперкомпьютера с алгоритмом. Про то, что я не могу получить доступ к определенным камерам, которые помогают мне обеспечить безопасность базы, речи не шло.
– Так ты можешь помочь? – спросила Эмили.
– В Сиэтле уже есть система общегородского наблюдения под управлением АНБ.
– И?
– Есть некоторая вероятность, что я купил ограниченный доступ к сети за целую гору Коринтиума.
– Насколько ограниченный?
– В Сиэтле всего восемь контроллеров сети. Ваш ресторан довольно близко к базе, так что он может попасть в тот же участок.
– И это значит…
– И это значит, что, если господин Скарпио быстренько черканет пару слов о Коринтиуме, можно взглянуть на ваш ресторанчик.
– Давай я просто тебе заплачу? – предложил Скарпио.
Толстяк задумался.
– Можно и так, – наконец сказал он.
Через пять минут Толстяк уже отсматривал материал, полученный с камер. Еще через две они нашли что искали.
– Вот. – Эмили указала на экран, где мужчина в куртке и белой футболке шел по тротуару. – Это он.
Толстяк остановил видео и увеличил картинку.
– Уверена?
– Да.
– Хорошо. – Толстяк нажал пару кнопок, и на видео появились красные точки, которые двигались вместе с головой мужчины.
– Что это? – спросила Эмили.
– Соединительные узлы. Отслеживают объект наблюдения через несколько связанных камер. Определяют его по совпадающим данным.
– То есть за ним можно проследить?
– Если его засекут мои алгоритмы распознавания движений или системные средства распознавания лиц, можно проследить за ним через всю сеть. – Толстяк нажал еще что-то. – Ну пока он не сядет в машину.
– Где она?
– На соседней улице.
На экране мужчина подошел к черному «Вольво», сел за руль и уехал.
– Машину отследить не получится? – спросил Скарпио.
– Получится, но недолго. Увы, мы на самом краю сети. До конца зоны видимости меньше квартала.
В этот же момент машина пропала.
– Можешь перемотать? – Эмили наклонилась ближе.
– Надеешься разглядеть номер?
– Именно.
Отмотав запись, Толстяк приблизил номер черного «Вольво». Эмили сфотографировала его на телефон.
– Спасибо, – сказала она. – Ты очень помог. А пробить номер не сможешь?
– Извиняй, – ответил Толстяк, – не хочу рисковать. Вдруг ваш парень окажется преступником или какой-нибудь шишкой?
– Не поможет ли достаточная сумма справиться с этим страхом? – поинтересовался Скарпио.
– Все возможно.
Открыв приложение на телефоне, Скарпио показал его Толстяку.
Тот уставился на экран большими глазами.
– Да, вполне.
– Чудесно, – улыбнулся Скарпио. – Долго ждать?
– К утру все будет готово.
– Позвонишь, как найдешь его?
– О да, – ответил Толстяк и принялся за работу.
Роуэн вошел в офис, бросил зонтик в подставку и стряхнул с волос воду. С исчезновения Элизы Бранд прошло двое суток. Они не были знакомы и часа, но, как бы Роуэн ни пытался, он не мог перестать о ней думать.
Валентайн подняла голову. Она держала перед телефоном листок бумаги, на котором было написано: «Я проиграла».
Сделав снимок, она отложила телефон на стол и выдохнула. Вид у нее был разочарованный.
– Что делаешь? – спросил Роуэн.
– Долго объяснять.
– Ну ладно, – сказал он, сел за стол и включил компьютер. У Валентайн было много причудливых увлечений. Он перестал интересоваться после того, как она почти три часа подробно рассказывала, чем отличаются две группы интернет-детективов, ищущих закопанные керамические шкатулки, связанные с книгой «Секрет» восемьдесят второго года.
Валентайн подошла и прислонилась к столу Роуэна.
– Это Игра, – сказала она.
– Какая?
– Она основана на проблеме белого медведя.
Роуэн уставился на нее.
– Ты понятия не имеешь, о чем я, да? – спросила Валентайн.
– Ага.
– В общем, если коротко, суть Игры – не думать об Игре.
– Вроде довольно просто.
– Правда?
– Ну да.
– Не думай о белом медведе.
