Пересекать реку на лодке оказалось одно удовольствие, и я даже подумал доплыть до берега, куда в свое время приставал Ялурс, но пока отложил эту мысль. Рано раскрывать карты, рано. Из разговоров с Диметром я узнал, что Ялурс был кем-то вроде главаря наемников — приехал лет пять назад в город ради легкой добычи дорогостоящих ядер монстров, но после первой же экспедиции, потеряв половину отряда и чуть не отбросив копыта, засел на берегу. Так он помогал другим авантюристам, за копеечку подлечивая их и клепая защитные амулеты, ну а прошлой осенью внезапно стал приносить в город кучу ядер, при этом не раскрывая, откуда он их брал.
В общем, человек этот был весьма непростой, и пока мне было не до него, я решил заниматься другими делами. По сути мне даже привлечь его к ответственности нельзя, ведь все сделки совершались на добровольной основе, а без них мне было бы гораздо тяжелее пережить зиму, однако это не отменяет того факта, что данный гражданин наживался на чужой беде. Когда-нибудь я спрошу с него, но точно не сейчас.
Так что далеко по течению я не уходил, пристав в первой удобной бухте. Вытащив лодку на песок и надежно привязав её к ближайшему дереву, на всякий, я отправился в путь. Заросли уже густели, и идти было не так просто, как зимой на лыжах. Однако здесь я чувствовал небывалую бодрость, ноги сами несли меня по местности, а нюх и слух обострились настолько, что даже голова разболелась. В городе эти чувства сильно притупились, чтобы я не свихнулся от вони и болтовни людей.
Вспомнились мои первые недели в этом мире. Тогда я также тяжело шел по лесу, но если раньше я пер на себе рюкзак и опасался встречи с пеньками, то сейчас на мне висела лишь котомка с перекусом и тяжелая защита, а встреча с пнями-монстрами казалось величайшим благом. Ведь они для меня совершенно безвредны.
И вот спустя минут двадцать ходьбы я, наконец, заслышал знакомые шаги. Тревога застучала в груди, в голове звучали глупые мысли вроде «что, если моя неуязвимость пропала?», однако когда шаги прекратились в тридцати метрах, а я, осторожно подойдя, увидел знакомую трухлявую голову, торчащую из-под куста, страхи испарились. Слишком много раз я делал это в прошлом, чтобы спустя каких-то пару-тройку месяцев струсить.
Заткнув топор за пояс, я подошел к пню и схватил его обеими руками. Монстр тут же встрепенулся и попытался обвить меня ветками, но я отбросил его в сторону, почти не ощутив веса. Прокатившись по земле и растеряв часть мха со своей одежды, он встал и посмотрел на меня пустым взглядом деревянной морды.
Я же внимательно разглядывал его, ища хоть какие-то отличия. Но не находил их, разве что теперь я точно знал, что в голове у этой деревяшки пара серебряных монет. Но топор я все равно не спешил обнажать и достал меч. Он был очень легким, всего полтора кило, и я сомневался, сможет ли он так же лихо рубить врага, как и топор, но проверить стоило. Если не разрубит, то заодно проверю, чего стоят чары на доспехах.
Тупой пенек бросился на меня, игнорируя, что я занес меч для удара. И когда монстр приблизился, я рубанул со всей силы.
Удар вышел славным. Половина трухлявой башки монстра, как в известном фильме Тарантино с Умой Турман, отлетела в сторону, а сам монстр бухнулся мне под ноги, расплескав смолу на штаны и сапоги. Ну ё-моё!
Камешек отправился в загодя приготовленный мешочек, а я, смирившись с тем, что одежда засрётся до предела к концу прогулки, отправился дальше. Пеньки встречались очень редко и только если прибегали откуда-то со стороны, так что, видимо, устроенная мною чистка не прошла бесследно.
Зато случилось то, чего я ну никак не мог ожидать. Я наткнулся на волка. Размером с очень большую собаку, худощавый серебристый зверь замер метрах в тридцати напротив меня, и я замер также, пожалев, что не взял с собой щит. С ним и мечом я бы наверняка без труда справился с этим зверем, но сейчас надежда лишь на топор и броню. Почему не меч? К нему я не привык и лучше воспользуюсь верным оружием.
Однако волк не спешил нападать. Он лишь смотрел на меня неотрывно, вздрагивая от редких громких хрустов в лесу, и я не двигался, боясь спровоцировать зверюгу. Однако спустя пару минут этого стояния до нас обоих донеслись громкие шаги — целая группа пней торопилась к этому месту с недобрыми намерениями.
Волк, вильнув ухом, развернулся и стремительно скрылся в чаще, да так быстро, что его шаги стихли уже через несколько секунд. Вот же ловкач!
Поскольку зверь ушел, я приготовился встречать других гостей. В этот раз ничего выдумывать не стал и просто зарубил всех монстров, оставив одного последнего для проверки. Его я схватил защищенной стельными пластинами и кольчугой рукой, прижав к дереву и наблюдая за его потугами.
