«Иное измерение. Наше время»
После того, как Гриммер в облике Ксандры с размозженной головой рухнул оземь, Бёрт поднялся на ноги, с трудом устояв на трясущейся почве. Болото вокруг начало бурлить, выделяя не очень приятные газы, что Бёрт очень скоро почувствовал.
— Твою мать, ну и вонища, — он закашлялся, прикрыв нос и рот рукавом, в панике осматриваясь по сторонам, — чё делать-то!?
Беснуясь на ровном месте, Бёрт не придумал ничего лучше, чем забрать у Ксандры второй пистолет, а так же он пошарил по карманам, вытащив её смартфон и планшет.
Посмотрев на труп мученика, что был на кресте, Бёрт подошёл к этому кресту почти вплотную, запрокинув голову.
— Что мне делать, ублюдок ты!? — закричал он в то время, как из ранения мученика капнула кровь, попав в рот Бёрту, что вынудило его отстраниться и сразу закашляться в рвотном позыве, — твою… как вовремя-то!
Когда Бёрт откашливался, он услышал странный треск позади себя, словно за его спиной разорвали сотни тканевых тряпок. Повернувшись, он увидел виляющий, точно змея, чёрный столб энергии, который извергал из себя молнии.
— Это ещё что за дерьмо… — сглотнул Бёрт, смотря на пространственный разрыв. Вспомнив про слова Ксандры, он понял, что это способ вернуться домой.
Однако то, кем являлась Ксандра на самом деле, не могло не настораживать. Тем временем, пока Бёрт был в раздумьях, разрыв постепенно ослабевал, а в тех местах, куда устремились сгустки энергии, уже приподнималась земля.
— Надеюсь, меня там не разорвёт к чёртовой матери, — Бёрт убрал пистолеты, сжал кулаки и приготовился бежать. Несколько секунд он колебался, но ещё более сильное ослабевание разрыва его подтолкнуло, — да в жопу!
Прокричав эти слова, Бёрт бросился к разрыву, в котором бесследно исчез…
Вырвавшись из сверкающего разрыва, Бёрт упал набок, перекатился несколько раз по сырой земле и резко подорвался на ноги, выхватив из пояса пистолеты. Он тут же начал осматриваться по сторонам думая, что придётся защищаться, но никого не увидел. Лишь угасающий разрыв, который через десяток секунд исчез окончательно.
Осмотревшись по сторонам, Бёрт понял, что он абсолютно в том же месте, где и был.
— Ага… а вот и «реальный мир», мать его, — выругался Бёрт, обратив внимание на крест, — ага…
Он прошёл вперёд, остановившись в нескольких метрах от креста, и поднял голову, посмотрев на живого мученика, что стонал от боли, иногда слабо двигаясь, словно предпринимал очередную попытку освободиться.
— Очень интересно получается. Только что ты был мёртв, а теперь ты уже жив. Не хочешь объясниться, сволочь? — прикрикнул Бёрт, но потом до него дошло, — твою мать, сраный Шумер!
— Ты сказал… я был мёртв? — услышал Бёрт отчетливые, внятные слова.
— Это уже не важно, — отмахнулся Бёрт, но резко поднял голову на мученика, — чё ты сказал? Ты… сказал!? Я тебя понимаю?
— Ну, если ты мне ответил, значит, понимаешь, — сказал мученик, а его голос эхом отдавался в округе.
