— Думаю, этот миг настал, — договаривает Джаред.
Мой волк! Отец любил тебя, он помнил о тебе, он сделал все, что мог, для тебя и для Алиенны. Ну почему же ты… Молчу, молчу!
— Король Дей, так же ходят слухи, что ваш брак с госпожой Алиенной основан на насилии, — продолжает седой волк.
— Это допускается в нашем Доме, — перебивает его рыжий Элбан.
— Но теперь вы намерены стать главой Благого Двора, а следовательно, должны действовать согласно правилам и устоям всех Домов, — отбив выпад Элбана, продолжает Таранис. — Учитывать интересы даже таких необычных и нежных, как Дом Солнца. Что вы скажете на это?
— Я не услышал вопроса.
Да, мой Дей, хорошо сказано — волки смеются. Иногда старейшины сами не поймут, что именно, упрек или похвала слетает с их уст.
— Вы принудили принцессу Солнца? — вступает белейший Ллвид, пока Таранис еще раздумывает.
Джаред не показывает виду, но он напряжен. Это один из скользких моментов коронации, а их впереди еще много.
— Я не стану отвечать на подобный вопрос! — упрямо склонив голову, произносит Дей.
Ему больно даже думать об Алиенне, а уж посвящать кого-то в подробности их совместной ночи он ни за что не будет.
Шорох разносится по залу, как ветер — по еловым веткам.
— Это неслыханно! — вступает Таранис. — Я не собираюсь терпеть подобное. Значит, ответ будет…
— Я отвечу, — произносит Советник.
— Вопрос был задан не вам!
— Я имею право ответить за моего короля, если его честь не позволяет ему говорить! И я тоже не буду говорить об этом. У меня есть неоспоримое доказательство.
— Так покажите его нам!
— Не нам, — отвечает Джаред, пробираясь к седому волку, — А вам. Не покажу, а скажу.
И шепчет столь тихо, что даже те, кто рядом, не могут разобрать его слов. Суровый Таранис расплывается в довольной улыбке и не удерживается от вопроса:
— Это правда? Не может быть!
— Вам известно, я никогда не лгу, — легко кланяется хмурый советник.
Дей в непонимании поднимает голову. Да, мой волк, я тоже не слышал, не понял, о чем они. Но, видимо, все хорошо, и это главное. Наш Джаред вытащил какое-то тайное оружие, и оно поразило седого волка в самое сердце!
— Ответ принят, брак признан законным и бесспорным по согласию сторон! — Таранис поводит головой. — Если у кого появились вопросы, я отвечу на них после.
Но шум не стихает.
— Моего слова уже недостаточно?! — негодует Таранис.
Давненько волки не собирались, давненько. Вот уже и молодежь, которой всего-то меньше тысячи лет от роду, недовольна тем, что ее не посвятили во все детали произошедшего в королевской опочивальне!
— Добро. Маги ответственны за свои слова и свои действия жизнью. Они могут сказать или показать лишь правду. Бранн, — командует Джаред. — Крайне недолго!
— Король Дей, прости, — бормочет Ворона и осторожно поводит рукой, словно разматывая что-то в воздухе.
Увиденное ошеломляет даже меня, а ведь я знаю: это всего лишь сон, который смотрит вместе со мной Бранн.
Оплетенная вьюнком спальня волчьего принца; лунный свет от волос на черных простынях; затуманенные глаза Лили, ее руки на широкой спине моего волка, который даже сейчас укрывает любимую от чужих взоров; счастливый шепот «Люблю тебя, Дей…» — пропадают быстро, куда дольше держится смущение волков.
Мой Дей, так, пустячок. Да, ты прав! Просто Алиенна сказала, что любит тебя. Тебя все любят! И вовсе я не льщу! Нет, потом Бранн и Джаред тебе все расскажут.
— Король Дей, скажите, какой из ваших поступков не нравится вам больше всего? — продолжает неугомонный рыжий Элбан, словно почуяв, что чаша весов Тараниса опускается в сторону моего волка.
— Я был резок и груб иногда. Один раз я чуть было не поддался ревности. Однажды… по моей вине погиб ребенок.
— Это был несчастный случай, — добавляет Джаред. — Я слушал ветер — он не говорил о преднамеренности!
Но ропот усиливается.
— Я свидетель тому, — выступает вперед Гвенн. — Мой брат остановился в гневе, клянусь своей честью и своей силой! Это я не дала Дею признаться нашему королю, как он собирался. Отец всегда был слишком строг, даже жесток, Дей не успевал залечивать ожоги. Бранн! — оборачивается она к неблагому: — Вы сможете извлечь воспоминания?
— Это будет очень больно для вас, госпожа Гвенн, — склоняет голову Ворона, которая в первую очередь печется о здоровье.
— Я готова пойти на это — раз слова сегодня ничего не значат.
— Не стоит, принцесса Дома Волка, — отвечает Таранис. — Мы верим вам. Это говорит о том… что король Дей сможет удержать карающую руку. Это хорошо.
— Принца Дея часто обвиняли в горячности, непродуманности и в торопливости решений, — начинает белый волк.
