Мы идем дальше, то и дело натыкаясь на новых и новых неблагих, и, о старые боги, они все разные! Кажется, их вид не повторяется даже в общих чертах! Поэтому когда Бранн затаскивает тебя в какую-то неприметную сумеречную лавку, вылетевшие феи, слабо светящиеся зеленым, наряженные в одинакового фасона сюртучки, прямо радуют глаз! Пауки, однако, тоже чинно выстроившиеся вдоль стены, тоже в форменной одежде, радуют глаз не так сильно.
Феи порхают вокруг головы Бранна, и я бы отмахнулся на его месте, как и ты, мой Дей, но Ворона терпеливо ждет и, кажется, прислушивается к перезвону их крыльев, его острые ушки немного подрагивают. Наконец, одна малютка замирает напротив его лица, едва не садясь на длинный нос и заставляя скашивать на себя глаза. Хотя неблагого это, видимо, не беспокоит — он не отшатывается и не подается вперед, оставаясь на своем месте. Тонюсенький голосочек едва различим в шуме столицы, если бы не твой острый волчий слух, мой Дей, вряд ли мы были бы в курсе беседы.
— Третий принц, пилик-пилик! Какая честь, пилик! — и еще эта крошка раздражающе пиликает. И строит глазки неблагому, не стесняясь разницы в размерах. — Вы не были у нас уже долгих триста лет, желаете забрать свой заказ, пилик?
— Если он ещё не истлел! — Бранн приподнимает уголки длинных губ, но феи в его глазах не обозначаются. Боятся показаться сородичам? Ох, мой Дей, смири смех, это нервное, хоть покашляй!
Стоит тебе перестать картинно кашлять, беседа возобновляется с прежним настроением:
— Конечно же, пилик, не истлел! — малютка оскорбленно вспархивает чуть выше, следящий за ней Бранн выглядит забавно, но теперь его глаза хотя бы расходятся от переносицы. — Наши, пилик, портные, — жест крохотной ручкой на зависших в воздухе шеренгой других фей, — и наши, пилик, ткачи, — раскланивающиеся пауки, мой Дей, я тоже ошеломлен, — берегут доброе имя торгового, пилик, дома, существующего больше тысячи, пилик, лет! Один из заказов, пилик, еще дожидается возвращения старых богов!
Феечка надменно воздевает указательный пальчик вверх, задирая нос и закрывая глаза. Ох, мой Дей, связываться с неблагими церемониями мне больше тоже не хочется, лучше постоим в сторонке тихо, ненавязчиво, я уверен, насчет старых богов она не соврала, надеюсь только, заказ делал не Балор…
— Я пришел не только забрать заказ, но и сделать, многоуважаемая Фаэ, — Бранну, по всей видимости, привычно говорить с таким крошечным собеседником. — Моему благому другу нужно будет предстать перед моими братьями, а в нынешнем виде это совершенно невозможно. Только вам и по силам переменить этот печальный ход вещей!
Феечка стреляет в тебя глазами, мой Дей, кажется, благое происхождение ей вовсе не по вкусу. И все равно подлетает! Звенит крылышками совсем рядом, вглядывается в тебя, мой волк, оборачивается на Бранна, будто в поисках отговорок или сил, тяжко выдыхает, кивает оживившимся портным, да, мой волк, кивает на тебя.
— Благой, пилик, стой на месте, пилик! — подлетает вплотную к уху, полагая, что ты её не слышишь. — Сейчас мы снимем, пилик, мерки!
Феи звенят вокруг, это раздражает, крупные, в размер Бранновой головы, пауки, приподымаясь на задние лапы, передними щупают сапоги и ткань твоих изорвавшихся штанов! Ах, мой Дей, как же я рад, что сижу высоко! Один паук пытается взобраться по спине, неудивительно, что ты так вздрагиваешь. Он не удерживается, отцепляется и падает прямо в руки поймавшему его Бранну.
Благодарит нашего неблагого басом.
Мой Дей, я все-таки сошел с ума?
Ах, нет, если даже сошел, то не один явно: Бранн приподнимает этого паука на нужную высоту, чтобы он ощупал твою куртку и воротник рубашки!
Фаэ тем временем примеривается к воротнику рубашки Бранна, ревниво оглядывает его косую куртку, облетает раз за разом на уровне плеч, благо, руки он поднял, и весь пошив можно разглядеть очень подробно. Лоскуты цветов болота, на котором он жил, коричневые, серые, темно-зеленые — все разных оттенков, охватывают фигуру неблагого диагональными линиями, перекошенными и даже кое-где волнистыми, что оскорбляет взор маленькой портняжки.
— И как это, пилик-пилик, понимать! Что это вы на себя нацепили, пилик, третий принц? — сердито упирающая руки в бока фея зависает перед лицом Бранна. — Кто был настолько дерзок, пилик, и жесток, пилик, чтобы вырядить вас в это?! Мне придется выкрутить ему совершенно все, пилик, уши!..
Неблагой улыбается, все равно немного вжимая голову в плечи:
— Боюсь, многоуважаемая Фаэ, тогда вам придется выкручивать мои уши, — переводит дух, отвлекается, чтобы перехватить паука поудобнее. — И я прошу пощады.
Тут же сменившая гнев на милость и зарумянившаяся феечка делает круг над головами обоих ши, возвращается уже совершенно иной:
— Куртка, пилик, неплоха! Когда, пилик, нужен заказ? — Фаэ трепещет ресничками, зависая возле лица Бранна, а я не уверен, что он вовсе различает это движение.
Хотя улыбается, наша неблагая Ворона, продолжая удерживать басовитого паука.
