Парень молча, еле держась от побоев на ногах, сел в машину, завёл двигатель и тихонечко выехал за территорию особняка. Ворота за ним закрылись, и он нажал на акселератор. Машина резко рванула вперёд, унося его от только что пережитого ужаса. Один его глаз заплыл от увесистых ударов ОМОНовца, губы распухли и кровоточили, нос был сломан. Еле сдерживая стон внутри себя, он продолжал управлять машиной, неотвратимо приближаясь к Лукинову.
Вадим заметил его ещё издали, когда тот отъехал от особняка метров на сто. ''Неужто догадался и повернул обратно?'' – думал он. – ''Вот хитрая бестия. Ну, уж от меня ты не уйдёшь!''
Присев на колено, и прицелившись, Лукинов снял автомат с предохранителя. Машина стремительно приближалась. От дороги до опушки было не более ста метров. Поймав автомобиль в прицел, Вадим нажал на спусковой крючок…
– Что будем делать дальше? – спросил у Молотова Трофимов.
– Здесь нам ловить нечего, – рассуждал Иван. – Надо возвращаться в город. Спасибо тебе, капитан, за помощь. И вам ребята, спасибо, – обернувшись ко всем, поблагодарил Молотов.
– Это наша работа, – ответил капитан. – Ну что же, тогда выдвигаемся к машинам. Пошли! – скомандовал он.
В этот момент послышались короткие автоматные очереди, а через несколько секунд прогремел взрыв. Выбежав за ворота, все увидели как вдалеке поднимается столб чёрного дыма.
Вдруг сообразив, что могло произойти, Трофимов взял рацию.
– Нулевой, что там у тебя?
– Уже ничего, – ответил через несколько секунд Лукинов. – Он хотел уйти от вас, а я помешал.
Капитан беспомощно опустил рацию, сплюнул сквозь зубы и обернувшись к Молотову, процедил:
– Надо было его предупредить.
– Надо… было, – согласился Иван.
Трофимов поднёс руку с переговорным устройством ко рту.
– Нулевой, мы выходим, – сказал он и, немного подумав, улыбнувшись, добавил. – Только не стреляй.
ОМОНовцы дружно рассмеялись и выдвинулись к опушке леса.
17.45, 13 мая, Москва
В кабинет без стука влетел Боровой. Так бывало, только когда что-то очень срочное.
– Телеграмма от Молотова, – с порога бросил он.
– Присаживайся и успокойся, – надевая очки и беря телеграмму из рук заместителя, сказал Долгнев.
Пробежав быстро текст, полковник ещё раз перечитал содержимое телеграммы, как будто пропустил что-то важное. Но этого ''что-то'' там не было. Он закусил губу, это была его единственная вредная привычка, и плюхнулся в кресло.
– Да, жаль, что так всё вышло, – произнёс он разочарованно. – Надо Ваню отзывать. Срочно, – и он посмотрел на Борового. – Давай, шустрее. Пусть берёт билет на поезд сегодня же.
– Есть, – подполковник сорвался с места и исчез за дверью.
''Чёрт знает что!'' – возмутился про себя Долгнев. – ''Почему всё так вышло? Почему дом оказался пустой?… Куча вопросов… Но одно точно – есть осведомитель, работающий на этого Мухамадиева и купленный в управлении Медведева, скорее всего, очень давно, если его до сих пор, а это уже года четыре, не могут вычислить и взять… Ладно, но то, что ребята вообще на него вышли, вычислили – это уже большой плюс. Где-нибудь объявится, зараза…''
Размышления начальника прервал вновь появившийся Боровой.
– Я позвонил Медведеву, и даже разговаривал с Иваном, – доложил подполковник.
– Ну и как он?
– Всё хорошо. Все материалы он забирает с собой сюда, будет работать здесь по этому делу. Говорит отсюда проще проверки и запросы делать.
– А ты сказал ему, чтобы срочно выезжал? Или забыл? – недоумевал Долгнев.
– Конечно, – сказал Василий Михайлович. – Как я мог забыть.
– Когда он будет у нас? – задал очередной вопрос полковник, словно от этого зависела чья-то жизнь.
А может он действительно чувствовал своим внутренним Я, что что-то здесь, в этом деле, не чисто. Слишком большие силы замешаны. Большие связи затронуты. Если так, то будет очень тяжело расследовать и искать виновных. Да ещё такому молодому специалисту как Ваня Молотов. Не дай Бог ещё охотиться на следователя начнут, тогда совсем плохие времена наступят. ''Надо будет Ваню сразу предупредить о возможной опасности, когда приедет. Лучше перестраховаться, чем считать опосля трупы…'' – беспокоился Долгнев.
– Он сказал мне, что билеты закажет Медведев на сегодняшний ночной поезд, – сказал Боровой. – Я думаю, надо дать ему день-два отдыха. Пусть к матери в деревню съездит, развеется немного, нервы успокоит. Как вы думаете, Василий Михайлович?
Долгнев сидел и в упор смотрел на своего заместителя. Но взгляд его был за подполковником. Взгляд был на стене, где висела картина с изображением восходящего солнца и соснового бора на берегу реки.
– Да, так и сделаем, – не отрываясь от картины, тихо произнёс Долгнев. – Завтра, Серёж, встречаешь Ивана на вокзале, заберёшь у него документы. Сам лично отвезёшь его домой. Потом закинешь их сюда в сейф и только после этого ты свободен. Понял? – с едва ощутимым беспокойством спросил полковник.
