Молотов опустил глаза в пол. Он думал, он искал варианты для ведения дальнейшего расследования. ''Должен быть выход'' – проносились у него мысли, которые следовали одна за другой, все разные, все стремились перекрыть дорогу друг другу, пытаясь остаться одной единственной, на которой сделают выбор. Но они все проносились мимо. Ни на секунду не задерживаясь.
В кабинете всё затихло. Даже вентилятор, казалось, стал работать тише, чтобы не мешать думать людям. Долгнев тоже думал.
Так они просидели минут пятнадцать, ни сделав ни одного движения, дабы не отвлекать друг друга и не сбивать с той самой невидимой быстро проносящейся мысли.
Но их обоих отвлекли. Дверь, всегда бесшумно открывавшаяся, в этот раз предательски скрипнула. Показавшаяся довольная физиономия подполковника Борового не могла не вызвать на себя заинтересованные взгляды.
– У меня хорошие новости, – сказал он, проходя к столу.
– Да ну? Мы уже ничего хорошего сегодня не ждём, – не веря своим ушам, удивился Долгнев.
– Все управления и крупные подразделения всех городов России получили розыск, – и довольный собой уселся на стул.
Долгнев нервно хохотнул. Молотов тоже не выдержал и рассмеялся. Один Боровой не понял их реакции на это сообщение. Но он понял другое.
– Нервы, нервы, – догадался он. – Ничего, снимайте напряжение, посмейтесь ещё, – и он сам широко улыбнулся.
Наступила весёлая пятиминутка. Ваня Молотов вспомнил хороший анекдот, рассказанный недавно Вадимом, и немедленно поделился со старшими товарищами. Долгнев схватился руками за живот и хохотал, сидя в кресле, немного подпрыгивая от смеха, периодически смахивая выступающую слезу из глаз. Рядом с не меньшими надрывами загибался Боровой. И лишь Ваня Молотов пытался сдерживаться, но это ему удавалось очень плохо, от чего он постоянно прыскал смехом, словно тот выходил из его глубин порциями, в которые он успевал добавлять острые реплики в тему прозвучавшего анекдота.
Когда смех стал переходить в беззвучную стадию и, боли животов от него же стали искажать лица веселившихся, Ваня понял, что пора идти по домам. Он собрался и мобилизовал все свои оставшиеся силы.
– Разрешите, Василий Михайлович, убыть домой? – с серьёзным видом спросил он.
Но полковник так на него посмотрел, что Ваня не сдержал серьёзного вида. Прыснув от смеха в сторону, он быстро сказал:
– Спасибо. До свидания, – и, быстро развернувшись, покинул кабинет.
Закрывая за собой дверь, он слышал, как Боровой ещё раз вспомнил концовку анекдота и новый взрыв хохота Долгнева разнёсся по всему этажу.
21.41, 18 мая, Саратовская область
Шикарные апартаменты поражают своей изысканностью. Здесь всё выдержано в одном стиле. Начиная от старых медных начищенных до безумного блеска подсвечников на камине и заканчивая превосходно подходящими подвесными потолками из современных материалов и великолепными люстрами. Неяркий свет мягко струится из-под потолка, заполняя собой равномерно все комнаты. Тени отсутствуют, им нет места в этом доме.
Атмосферу дворцового величия тех лет нарушают лишь островки современности, от которых никуда не деться: телевизор, видеомагнитофон, ''хай-енд'' музыкальный центр, компьютер, одиноко покоящийся на журнальном столике сотовый телефон и многое другое.
И тем не менее это нисколько не искажает общую обстановку и соответственно впечатление о доме. Дом, в котором всё сделано для того, чтобы наслаждаться жизнью, не думая ни о чём, прогоняя все беды и напасти.
И так бы всё и было для него, если бы не одно ''но''…
Яков лежал на диване в гостиной и смотрел спутниковое телевидение. При входе Узбека он принял сидячее положение.
– Привет, Яков, – бросил Узбек, усаживаясь на широкий диван напротив гостя. – Долго ты ещё у меня гостить будешь?
Такого вопроса Яков не ожидал. Что-то случилось. Пять дней назад Узбек принял его и двух парней с ним с распростертыми объятиями, посильную помощь сразу же обещал, а сейчас спрашивает, когда он уберётся отсюда.
– Что случилось? – проигнорировав вопрос, спросил в свою очередь Эркенов.
Узбек молчал, собираясь с мыслями. Наконец он созрел и начал объяснять причину такого своего поведения.
– Понимаешь, Яков, вчера мне сообщили, что случилось с Толиком Мухамадиевым. И теперь я знаю, почему ты здесь. И это совсем другая причина, а не та, что ты мне рассказал, – спокойным голосом поведал ему Узбек и вдруг взорвался. – Ты обманул меня!!! Ты сидишь здесь, прохлаждаешься, а Толик свою задницу лихорадочно уносил, когда ты забрал у него ''ягуар'' и этих двух мордоворотов! Он тебе отца заменил, а ты поступил с ним как с каким-нибудь вонючим бомжем! И меня ещё обманул! Убирайся отсюда завтра же! Понял меня?
На лице Якова не дёрнулся ни один мускул, пока Узбек разносил его по всем статьям. Он лишь ухмыльнулся в сторону.
– Хорошо, я уеду завтра с утра. Но мне нужна машина попроще. Я оставлю ''ягуар'' тебе, – и Яков посмотрел на Узбека.
