– Осы? – ошарашенно протянул Схинки, и Гранни поняла, что появление обитателей гигантского московского Лабиринта стало для орангутана большой неожиданностью.
– Как они посмели? – возмутился Идо.
– Кто-то уговорил их рискнуть, – едва слышно обронила Ванда.
– Я… – Схинки посмотрел на Консула. – Это моя ошибка.
И все посмотрели на Консула, поскольку признание сделано, и теперь он должен решить, как поступить с допустившим серьёзную промашку орангутаном. Мало кто сомневался, что Схинки будет примерно наказан, однако выяснилось, что некоторым своим помощникам лидер Альянса способен простить многое.
– Ну, что же, это была многоплановая, очень грамотно спланированная атака, – произнёс Консул, не поднимаясь из кресла. И не глядя на поникшего орангутана. – Вряд ли её смогли разработать неопытные девчонки.
– Машар… – протянула Ванда.
– Скорее всего, – согласился Консул. – Зная нашу систему защиты, он подготовил несколько сюрпризов, последовательно бил в разные точки, растягивая оборону, благодаря чему Джира вытащила пленных…
– Идиоты, – хмыкнул Идо. – Мы переловим их за пару дней.
– Переловим… – Консул вздрогнул. – Переловим… Они не могут этого не понимать… – И резко посмотрел на орангутана: – Схинки, а кто рассыпал по коридорам «протуберанцы»?
«В главном зале никого не будет».
«Ты уверена?»
«Мы устроим такой шум, что вся охрана отправится защищать периметр».
«Я бы очень не хотел, чтобы ты ошиблась».
«Если я ошибусь, тебе придётся что-нибудь придумать, – пожала плечами Лисс. – Но ты обязан сделать это».
«Почему обязан?»
«Потому что больше некому».
«Я понимаю, что больше некому. Я спрашиваю, почему я обязан?»
«Потому что больше некому».
«Так себе аргумент».
«У тебя есть время – придумай получше и успокойся».
«Меня могут убить».
«Все мы когда-нибудь умрём».
Киви расправил гребень и посмотрел на девушку выразительно, однако Лисс в «гляделки» играть отказалась – она была слишком занята созданием артефактов и даже разговор вела слегка рассеянно, всем своим видом показывая, что опасения пугливой птицы беспочвенны. Ну а если не беспочвенны, то Киви как-нибудь выкрутится, не маленький.
И выкручиваться действительно пришлось.
Потому что надежды Лисс не оправдались и в зале оказались два «перса». Стояли у входа и резко обернулись, услышав хлопанье крыльев – попугай влетел в помещение у них за спинами, через вентиляционное отверстие. Окажись Киви чуть меньше… впрочем, нет – «персы» были подготовлены отлично, среагировали бы на любой посторонний звук, даже самый слабый, а уж мощное хлопанье крыльев пропустить не могли никак. Но на мгновение растерялись, поскольку не ожидали увидеть птицу, и этого времени Киви хватило, чтобы преодолеть половину пути до высящегося в центре зала гигантского черепа.
Гигантской птицы. Последней на Земле Какнис.
Но только половину: опомнившиеся «персы» выхватили боевые жезлы и ударили по Киви «дыханием дракона» – потоками яркого огня, способного прожечь неширокую кирпичную стену.
– Никого не будет, да?! – проорал попугай, с трудом уворачиваясь от потоков огня. – Придумаешь что-нибудь, да?!
К счастью, под главный зал «Хоровода Верности» отдали самое большое подземелье, и «персы» не могли как следует прицелиться. Но огненные потоки птицу сильно нервировали. И вторая половина пути получилась не такой лёгкой, как первая. Но она получилась, и увернувшийся от очередного «дыхания» Киви наконец-то оказался внутри гигантского черепа.
– Жаль, что так получилось, птичка… Прощай.
Разжал когти, выпуская из лап рюкзак, и полетел прочь.
И щёлкнул клювом, услышав грохот взрыва – в тот момент, когда влетал в вентиляцию.
Взрыва, потрясшего подземелье и разнёсшего на миллионы кусочков череп Какнис.
Ценители магического боя – настоящие ценители, наслаждающиеся эстетикой сражения высших магов, способные уследить за его ходом и понять, что происходит, – считают, что навы слишком прагматичны: ни одного лишнего движения, каждое заклинание идеально выверено, «входит» в другие, словно кусочки пазла, формируя максимально смертоносную атаку. Зелёные ведьмы чересчур эффектны, их удары всегда красивы, иногда – в ущерб результату, но таков стиль. А вот командоры войны, отборные рыцари Ордена, достигшие совершенства в бою, по мнению ценителей, являют собой эталон магического боя. Они действуют прагматично, как навы, и красиво, как зелёные. Их ударами наслаждаются… ценители. И только ценители, потому что те, кому удары предназначены, – умирают.
Лисс, бегущая за любимым к выходу из подземелья, ценителем не была – ей не хватало способностей уловить тот поток арканов, которые строил Дориан. Она лишь видела, как разлетаются пытающиеся его задержать факторы – и рыцари, и ведьмы, и вампиры, и големы. Разлетаются все, кто рисковал встать на пути вошедшего в боевой транс Машара.
«Мы прорвёмся… Мы обязательно прорвёмся!»
Лисс бежала и смотрела на артефакт портала, надеясь, что его поверхность заблестит, показывая готовность открыть переход, и они уйдут в него… уйдут подальше от Солянки… а может – подальше от Москвы, от Тайного Города… подальше…
