Брисеида больше не могла дышать. Вот почему Жюль окажется в Цитадели: отец отправил его туда, чтобы заменить ее после ее смерти. Жюль уже знал об этом, находясь в безопасности, и он направил ее к этому озеру, чтобы пройти через «шестую дверь», ведущую в библиотеку, прекрасно зная, что она умрет. Все во имя Великой тайны, которая опьяняла их всех. Ее затошнило.
– Что там написано? – спросил Эней, наклонившись к ней. – Ты в порядке? Ты побледнела.
Неужели Жюль тоже рассчитал подходящий момент для отправки письма, когда она окажется запертой в маленьком домике, охраняемом чудовищем, без возможности вернуться назад?
Она дрожала, как лист, голова кружилась, в животе поселилась мучительная боль. Ее родной брат. Ее собственный отец. Она никогда не чувствовала себя настолько преданной.
– Если вы уйдете сейчас, то, возможно, успеете вовремя, – сказала ведьма, прервав Энндала и Леонеля, которые все еще спорили.
– Пора.
Брисеида убрала письмо в сумку. Она не собиралась снова прижимать его к сердцу. Она закатала рукава своего платья.
– В каком направлении нам идти?
– Брисеида, ты уверена? – обеспокоенно спросил Энндал. – Ты действительно плохо выглядишь.
Она нервно рассмеялась:
– Нет, что ты. Это же просто кровожадный монстр и злые духи, мы все это уже видели.
– Не язви…
– Я думаю, что сейчас я имею право вести себя так, как хочу. Ведьма, покажи нам…
Во второй раз горсть песка попала ей в лицо.
– Пройдите вдоль озера направо, пересеките впадающий в него ручей, а затем поднимитесь на вершину скалистого холма. Там вы найдете тропинку, которая приведет вас к пещере.
Брисеида прошла мимо Энндала, не смея взглянуть на него. Он слишком хорошо считывал ее эмоции. Она сняла с плеча сумку и передала ее Лиз. Чтобы вернуться, им понадобятся песочные часы. Скоро ей не нужно будет беспокоиться о времени. Лиз взяла ее за руки, смахнула песок с ее лица.
– Было большой ошибкой оставлять эти платья. Ты не можешь идти в нем, ты не сможешь бежать.
– А в чем она будет танцевать? – заметила ведьма.
– Мы совершаем большую ошибку, – ворчал Энндал.
– Если бы я мог хоть что-то сделать, – сказал Менг.
– О, не волнуйтесь, у вас будет своя доля приключений, – сказала старуха. – Только злой огонь может зажечь замок Ольхового короля. Когда я скажу вам, вы вернетесь на берег озера, чтобы разбудить вуивра. Достаточно, чтобы он разозлился, но недостаточно, чтобы он просто нашел вас, если вы дорожите своими жизнями.
Лиз приглушенно рассмеялась:
– Она смеется над нами. Это шутка такая, да?
Оанко прижался лбом ко лбу Брисеиды, как он только что сделал это с Энеем и Леонелем.
– Ты сильнее, чем думаешь, – прошептал он ей на ухо.
Она слабо улыбнулась и со всей силы потянула за дверь. Подул холодный ветер. Старуха взяла ее за руку:
– Оказавшись перед пещерой, вам нужно будет найти тунику. Песок не будет долго скрывать ваш запах, чтобы вы смогли еще вернуться обратно.
Эней был первым, кто ступил наружу. Без меча, один посреди ночи, он был похож на школьника, сбившегося с пути.
– Путь свободен, – сказал он, – поспешим.
На этой стороне озера о пожаре по-прежнему свидетельствовал только запах серы. Лес казался удивительно тихим после только что пережитого катаклизма. В молчании они пошли по указанному ведьмой пути, ориентируясь на сияние луны. Их пугал малейший треск ветки, малейший шорох хвои.
Они без труда нашли скалистый холм. Тропинка наверху вела их между высокими папоротниками, через лабиринт камней. До путников донесся глухой рев, становившийся все громче и громче. Наконец они пришли в пещеру за огромным водопадом.
– Мы не просто рядом с пещерой, мы внутри нее, – проворчал Леонель.
Он махнул рукой в сторону водопада. Эней остановил его:
– Нам нельзя терять песок. Давайте дождемся лунного света.
Леонель сел на камень и начал жонглировать тремя камешками, чтобы занять руки.
– Ты все еще не рассказала нам, что было в том письме, Брисеида, – сказал он спустя мгновение. – Кто его написал?
– Будущее «я» моего брата – в Цитадели.
Камешки упали на землю.
– Будущее «я» твоего брата?
– Это не имеет значения. Не хочу говорить об этом. Я начинаю волноваться.
Леонель кивнул:
– Конечно. Это не имеет значения, именно поэтому ты и беспокоишься.
– Вон там!
Эней указал пальцем в направлении водопада. Посреди темной массы воды возникла вспышка света. Капли, освещенные серебряными бликами, падали в пустоту, как жемчужины гигантского ожерелья. Лунный свет покрывал стены пещеры призрачным сиянием.
– Музыкальный жемчуг, – сказал Эней, протягивая руку к воде, чтобы пальцами ущипнуть лунный свет на светящихся капельках. Он убрал руку, рассматривая свои влажные пальцы.
