Тёмные всадники полностью

Постигать Организация Материя Есть Умение День Свобода Секрет Любой Аналогия Юность Отпечаток Урок Досье Иметь Любой

– А-а-а! – воскликнул Бенджи. – Интересно! «Название вашей миссии, порядок дня, очевидно, заключается в том, чтобы постичь материю. Конечно, ты найдешь свободу, о которой он говорил ранее, только если проведешь секретное исследование, но прежде всего досье студента Цитадели скрывает некоторые недостойные тайны, которые должны стать известны миру любой ценой!» Брисеида, твой отец – гений! Он все предусмотрел!

– Думаешь?

– Это ты мне скажи: разве ты не путешествуешь с группой бойцов сопротивления сквозь века? Разве мы не ищем досье загадочного студента Нила Кубы-младшего? И если Жюль стал выдающимся изобретателем, как Люсьен, разве не логично, что в его досье содержатся секреты, которые он смог раскрыть?

– Да, но… Разве мы не делаем поспешных выводов?

– Ты права, нам нужны другие пути расследования… Знаешь… Мы уже давно разговариваем. Если бы нас прослушивали, то есть если бы за нами шпионили, то уже бы арестовали, тебе не кажется? Мы оба сделали много открытий. Если бы ты могла сказать, где находишься и что тебе известно о твоем местонахождении… Это помогло бы нам…

– То есть ты хочешь сказать, что можешь дать мне песенную карту Цитадели?

Бенджи улыбнулся:

– В этом нет необходимости, но если ты хочешь… Сначала расскажи мне все, что тебе известно.

– В Каркасоне, в пятнадцатом веке, – прошептала Брисеида, позволив словам вырваться из ее уст прежде, чем она действительно успела обдумать свой поступок.

Бенджи откинулся в кресле, пытаясь осмыслить полученную информацию.

– Ну… Я уже знал о путешествиях, но услышать, как об этом говоришь ты… Как все проходит?

– Неплохо. Относительно похоже на нижний город Цитадели. Но с запахами в придачу. Не могу сказать, что пахнет приятно.

Бенджи рассмеялся:

– Как бы я хотел увидеть все своими глазами! Что ты узнала о химерах и Цитадели?

Бенджи умел слушать, и в результате всегда можно было много чего сказать. Вскоре Брисеида поняла, что объясняет свои открытия более подробно, чем ей хотелось бы. Она рассказала о своих китайских приключениях с ци, картиной, драконом, архетипами. Затем она рассказала ему о письмоносце и Площади Времени. Затем она поведала ему о статуях в соборе Каркасона, о ревунах и эфемерных появлениях маленьких существ. Она рассказала ему легенду о Мрачном короле, которого, как думали некоторые люди, можно победить, отправившись охотиться на вуивра. Но прежде всего она настаивала на одержимости людей дьяволом и падением, высшей карой, существованием Уст адовых и Оно, существом, состоящим из чистого страха.

– Я не удивлюсь, если все это было срежиссировано Цитаделью. Страх – его главное оружие, причем так было еще задолго до появления химер. Просто вспомни, как здесь поддерживается порядок.

– Я знаю, я все еще помню об этом, – с содроганием заметила Брисеида.

– В Цитадели знают, что только через страх можно эффективно руководить.

Она отстранилась. Бенджи одобрял действия Цитадели?

– Я поищу, что можно узнать об Оно и легенде о Мрачном короле, и спрошу Рауля, что он знает о наказаниях в Цитадели, – продолжал Бенджи, не замечая беспокойства Брисеиды. – Рауля не выбрали в качестве Альфы, но он все еще на четвертом месяце, поэтому может помочь мне лучше понять эту историю о падении. С другой стороны, я могу сразу сказать, что ничего не найду о поимке химер. Я думаю, что это один из самых охраняемых секретов, не считая Великой тайны. Любого, кто осмелится заговорить об этом с младшими учениками, немедленно отправляют на периферию.

– Не мог бы ты проверить, кто входит в состав Элиты в 1450 году в Каркасоне?

– По Европе, наверное, получится найти, если ты назовешь конкретные имена… Но я не уверен, что это сработает, кажется, что вокруг студентов особая охрана. Я проверю.

– Например, Теобальд Эбрар и Уголин…

Брисеида почувствовала, как дрожит ее рука, а вместе с ней и круглая комната. Волна гнева пронеслась по ней, когда она обнаружила, что вместо Бенджи к ней склонился Леонель. Он тряс ее за руку, в другой руке у него был половник.

– Ты не хочешь супа? Тебе нужно немного поесть, твой блокнот может подождать.

Он говорил громко, чтобы его было слышно в переполненном зале для паломников. Снаружи наступила ночь. Брисеида взяла себя в руки и протянула свою тарелку, будто ничего не произошло. Ошеломленные Лиз и Эней смотрели на нее.