Пал несостоявшийся герой так унизительно, что возблагодарил бога за конец света. Не случись он, и сотни мобильных телефонов случайных прохожих уже фиксировали бы момент его позора, а назавтра эти невыносимые кадры уже украсили бы собой первые полосы интернета. И все бы над ними ржали, оставляя уничтожающие самолюбие комментарии, а там, чего доброго, и жабы бы пошли малевать.
Стараясь не смотреть по сторонам, но, тем не менее, прекрасно видя боковым зрением многочисленных свидетелей своего позора, Цент обернулся, желая выяснить причину свержения себя обожаемого в бездну стыда. И даже не удивился, когда увидел на пути своего следования только одно препятствие, которое по-прежнему было там – Владика. Программист стоял на четвереньках и кричал что-то о своей большой и чистой любви, о том, что он мужик и самец, и еще много всякой напраслины на себя возвел, что уже нельзя было оставлять безнаказанным. Но то были мелочи. Потому что за срыв подвига ему уже светила вышка.
– Все, хватит с меня! – прорычал Цент, медленно вставая с жесткой и холодной земли. – Лопнуло терпение, как воздушный шарик. Доигрался, очкарик.
Цент рванулся к Владику с целью убить и слегка прикопать, но тут чьи-то железные пальцы вцепились ему в плечо. Спасибо рефлексам, только они и спасли, потому что Цент, одновременно с поворотом головы резко присел, пропуская над собой пудовый кулак исполинского зомби. Рванулся в сторону, высвобождаясь из стальной хватки. Ключица затрещала, но выдержала. Цент порадовался крепости своих костей, и тут же перешел в контрнаступление. Владика решил убить чуть позже, никуда он не денется, а вот с зомби нужно разобраться сейчас же. Момент, конечно, упущен, но еще не поздно хотя бы частично восстановить спущенную в унитаз репутацию героя.
Шашка и копье валялись на земле, наклоняться за ними было долго и опасно. На такой случай Цент всегда носил в карманах два не лишенных изящности кастета. Вот, наконец, пригодились, не зря, значит, подобрал и не выбросил.
Первые два удара в голову мертвец будто и не заметил. Решил он, видимо, что Цент слабак и программист. Но тут бывший рэкетир показал супостату, что тот конкретно ошибается. Пробил так, что кастет, погнувшись о лобную кость зомби, больно сдавил пальцы. Мертвеца ударом отбросило назад, из расколотого черепа полезла, пузырясь, какая-то коричневая субстанция, источающая невыносимый смрад. Здоровье его от этого, понято, не ухудшилось, но зато Цент выиграл время и успел подхватить шашку.
– За живых! – заорал Цент, чисто для того, чтобы все живые опять на него посмотрели, и убедились, что прошлый инцидент был лишь досадной случайностью, произошедшей по вине крайне вредного и неприятного живого организма, который очень скоро станет организмом мертвым. А когда привлеченные зрители вновь повернулись в его сторону, налетел на мертвеца и рубанул шашкой так, что снес тому голову одним ударом. Затем, довершая триумф, отделил недругу вначале руки, затем ноги, а то, что осталось, пронзил волшебным копьем. После этого самооценка заметно подросла и окрепла, но, что интересно, желание убить Владика несколько ослабло. Цент решил, что сперва увековечит себя подвигами, а умучить очкарика можно и после, если тот, разумеется, переживет сегодняшнюю баталию.
А Владик продолжал спасать возлюбленную. Он уже сделал для этого немало – преодолел на четвереньках два десятка метров. Оставалось примерно еще столько же. Машку к этому времени уже связали, и теперь ее контролировал один зомби, а остальные защищали добычу. Машку попыталась спасти Алиса, и вначале у нее неплохо получалось, но и ее мертвецы взяли числом. Повалили, и тоже стали вязать. Владик понял, что хочет спасти и ее. Он всех спасет. Всех красивых девушек. И за это они полюбят его. Ну, хотя бы одна из них. Хотя бы разок.
Оборона, начавшаяся вполне успешно, вскоре стала проседать. Уже не только Машка и Алиса лежали на земле со скрученными проволокой конечностями, но и еще несколько бойцов. Так же часть защитников валялась просто так, то ли без сознания, то ли вовсе убитые. На ногах оставались немногие, и Цент был в их числе. Теперь и извергу приходилось худо. Со всех сторон на него наседали мертвецы, норовя не столько убить или пленить, сколько завладеть его волшебным копьем. Похоже, зомби поняли, что это очень опасное оружие, и его владельца нужно нейтрализовать. Пока не получалось, но ведь еще не утро.
Владик удивился, почему Цент не покличет со стен подмогу, но когда задрал голову, все понял. На стенах уже вовсю кипел бой. Зомби сумели подтащить лестницы и поставить их, после чего пошли на приступ. Защитники рубили поднимающихся мертвецов топорами и мечами, прицельно отстреливали из автоматов и винтовок, но тухлую орду невозможно было остановить. На место каждого нейтрализованного зомби вставал новый, и не было им числа. У людей на стенах уже руки отваливались от усталости, они с трудом поднимали топоры, чтобы рубить мертвецам головы и конечности, а те все лезли и лезли, как фарш из мясорубки.
