После происшествия с надзором за животными много чего случилось. Большинство этих изменений имели положительный характер для Поттера. Он больше не был обязан выполнять разные поручения, что очень злило Дадли. Также Гарри добавлял размерные зелья во всю свою еду, пока Дадли сидел на строгой диете. Но самым счастливым было то, что Дурсли оставили его в покое.
Поттер даже не садился за написание заданных на лето эссе. Его мысли были заняты другими вещами. Первая — Волан-де-Морт. Гарри сомневался в том, что из себя представляет Тёмный Лорд. Поттер хотел бы сказать, что Волан-де-Морту не стоило пытаться убить его, но не мог. Сколько раз Гарри желал погибнуть вместе со своими родителями, когда его наказывали в чулане, столько и понимал он объяснение Тёмного Лорда. И предупреждение Волан-де-Морта о намерениях главы школы тоже беспокоили его.
Попытка директора проникнуть в его сознание во время их последней встречи в конце семестра очень напрягла его. То, что Поттер чуть не забыл Салазара тогда, очень испугало мальчика. Он не желал, чтобы кто-либо узнал его тайны. Только Малфои, Тонкс и Волан-де-Морт знали, что Гарри — внук директора. Он доверил семье Малфоев и Тонкс этот секрет.
Когда Драко и Нимфадора узнали о том, что Дамблдор пытался влезть в сознание Гарри, оба сказали, что найдут книги об окклюменции и будут практиковаться летом. Поттер был очень благодарен им. Драко уверил, что его родители — мастера ментальной защиты, и Гарри не думал, что Волан-де-Морт стал бы делиться с Дамблдором какой-либо информацией о нем.
Второй целью Поттера была тренировка своих способностей к окклюменции. К несчастью, книга, которую дал ему Дамблдор, была предназначена не для начинающих. Книга предназначалась для тех волшебников и волшебниц, которые уже установили несколько ментальных барьеров, и предлагала возможности для их улучшения. Гарри мог бы совсем потеряться, если бы Салазар не предложил свою помощь в создании первого ментального щита.
—
—
—
Поттер задумался над словами фамильяра. «Где мне комфортней всего? Кажется, во время полёта. Да, когда я летаю, я полностью расслаблен. Ветер обтекает меня, когда я лечу по полю. Наслаждение от входа в мертвую петлю даже вне игры успокаивает меня».
—
—
К несчастью, предложение Салазара оказалось для Поттера очень сложным. Спустя почти неделю попыток Гарри наконец-то смог сделать то, что сказал Салазар. Он увидел себя летящим на своей метле по полю для квиддича.
С помощью Салазара Поттер смог сформировать простейший щит. Он представил, как каменная стена окружает его воображаемое поле. Создание этого поля заняло у Гарри почти каждый час бодрствования. И сделало процесс ещё более трудоёмким то, что Салазар заставил его строить эту стену камень за камнем. Змей не позволил Поттеру просто представить огромную стену. Гарри пришлось камень за камнем медленно выстраивать её вокруг своего поля. Салазар объяснил, что выстраивая стену шаг за шагом он делает свою первую линию защиты сильней.
Когда Поттер завершил строительство, он был счастлив. Это заняло у него почти неделю интенсивной ментальной нагрузки, поэтому Гарри очень гордился своим первым ментальным щитом. И когда Салазар сказал, что для Дамблдора и Снегга не составит труда пройти через этот стадион, чтобы добраться до разума, его сердце было разбито.
Из слов Салазара следовало, что стена, построенная Поттером, по существу просто сигнальная система, оповещающая хозяина о нежелательном присутствии. Чем больше стен выстроит Гарри, тем больше времени у него будет, чтобы предотвратить вторжение нежелательных гостей. Как говорил Салазар, они пока не могут отбить атаку, пока.
Салазар рассказал Поттеру, что, когда он построит достаточно ментальных стен, придется начать сортировку всех мыслей и воспоминаний. Этот процесс займет достаточно много времени. Когда все воспоминания будут рассортированы и классифицированы, можно будет приступать к последней ступени окклюменции.