Тише полностью

– Классные ботинки! – сказала мне стоящая справа женщина.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Никогда мне не привыкнуть к нью-йоркской манере делать комплименты незнакомцам! Я сказала ей, что купила ботинки в дискаунтере за треть первоначальной цены. Теперь они стали частью моего нового стиля, попыткой влиться в местную городскую среду, выглядеть модно и ухоженно.

– Спасибо за наводку! – улыбнулась она.

Да неужто в этом городе, где совершенно незнакомые люди запросто заводят разговор прямо на улице, не найдется жалких шесть сотен знакомых знакомых и друзей друзей, желающих вступить в «первое офлайн-сообщество цифровой эры»?

– А что люди вообще говорят? – продолжал Лекс. – Как им сама идея?

– Нравится, но они хотят посмотреть, как это будет выглядеть на практике. Говорят, это все равно что покупать квартиру только по фото в интернете, да еще и у риелтора-новичка.

– Меня-то они знают! И я не новичок – у меня есть опыт, достижения!

– Знают. Но говорят, что это другое. И твой прежний опыт не считается. Будет гораздо проще, когда мы начнем приглашать их на ознакомительную экскурсию по будущему клубу. Жаль, что ремонт еще не закончен. Презентации в PowerPoint и адреса им явно недостаточно.

– Хорошо. Давай поторопим сегодня дизайнеров – пусть сократят срок работ на пару недель.

– Было бы здорово.

– Знаешь, Стиви, что нам еще нужно? Громкое имя. Это как с кино, понимаешь? Главное – заполучить вожака, а остальные подтянутся. Ну, так кто твой Джордж Клуни?

– Я над этим работаю.

– Найди его – или ее – к концу недели, – подытожил Лекс.

Пока мы ждали в вестибюле, я написала Джесс: «Как насчет пробежки завтра утром?»

Дизайнер Роб вынул широкую доску с пришпиленными к ней образцами бархатных и клетчатых тканей, а также фотографиями канделябров, честерфилдских диванов и оленьих рогов. Преобладающим цветом был кроваво-красный. Не то бордель, не то шотландский охотничий домик. Лекс дважды обвел глазами образцы против часовой стрелки.

– Итак, наша задача – создать дизайн-проект делового клуба цифровой эры, – сказал Роб.

– Верно, – настороженно кивнул Лекс. – И?..

– Так вот, мы взяли за основу лондонские джентльменские клубы девятнадцатого века. Добавили щепотку американских первопроходцев, частичку переселенцев Среднего Запада – они, по сути, и были стартаперами своей эпохи. Отсюда шотландская клетка и оленьи рога.

– Допустим, – задумчиво произнес Лекс. – Стиви, а ты что думаешь?

– По-моему, это выглядит слишком уж современно; сейчас многие рестораны и бары в центре города оформлены в таком околовинтажном стиле с налетом старины.

– Вот именно, – подхватил Лекс. – Я вижу здесь Америку. Вижу Британию. Вижу модное нынче стремление к самодостаточности.

– Отлично! – обрадовался Роб.

– Но я не вижу цифровых технологий, – сказал Лекс. Он пригубил кофе, указал на доску и добавил, на пол-октавы повысив голос: – Где здесь цифровые технологии, Роб?

– Ну, мы установили кучу розеток. А еще есть разборные перегородки, с помощью которых можно сделать на втором этаже несколько отдельных комнат для переговоров…

– Я должен видеть цифровую эру, Роб. Я должен ее чувствовать. Мне нужно нечто большее, чем розетки для моего ноутбука. Все эти мрачные тона и бархатная обивка напоминают мне о клубах для высшего общества. Не забывайте, наш клуб – это место работы и отдыха для представителей айти-сообщества. Днем они могут разрабатывать здесь свои идеи, а по вечерам – общаться и заводить полезные знакомства. Это не какой-нибудь бар, куда приходят, чтобы наклюкаться до потери сознания. Верно, Стиви?

– Верно.

– Я не имею ничего против темы американских первопроходцев. Но я хочу, чтобы ты ее как-то модернизировал. Хочу, чтобы на стенах висели не оленьи рога и полотна старых живописцев, а картины современных художников. И мотивационные надписи – но только в качестве элементов декора, с офигенными шрифтами. «Что бы ты сделал, если бы не боялся?» Наподобие такого. Ясно?

– Ясно.

– Окончательные варианты дизайн-проекта должны быть готовы до Рождества. Успеете?

– Без проблем, Лекс. Я не подведу.

Когда мы вышли из здания, Лекс махнул на прощание левой рукой и укатил на своем скейтборде, уворачиваясь от такси и проскальзывая между пешеходами. Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду.

До переезда в Нью-Йорк я никогда не занималась бегом. В первую же субботу после моего прилета Джесс предложила мне присоединиться к ней на пробежке. И когда я, покачав головой, заявила, что никогда никуда не бегаю – разве только за отъезжающим автобусом, – она так расстроилась, что я передумала и согласилась.

Как ни странно, бегать мне понравилось: это была возможность провести время с Джесс и спокойно поболтать, а еще познакомиться с неизвестными районами города. Уезжая из Лондона, я дала себе слово оторвать наконец пятую точку от дивана и вернуть телу былую стройность. Бег пришелся как нельзя кстати. Поначалу я каждое утро кряхтела и пыхтела, но вскоре уже могла семенить трусцой, а затем начала бегать по-настоящему – сначала с Джесс, а потом и без нее.