– Вижу мегаполис. Отстроенный на основе технологий Павшего Мира и развитый значительнее своего базового фундамента. Такой общими усилиями можно отстроить за одно десятилетие, но не сейчас.
– Почему не сейчас? – поинтересовалась чуть наивная Лада.
– Пока что сохраняется опасность нападения со стороны Дилениума, Сталь всё ещё неоспоримо сильна, над нами нависает неизвестность со стороны Австралии, а силовое поле Титана нам ещё только предстоит усилить и расширить. На закрытие только этих вопросов уйдут десятилетия, и только после того, как они себя исчерпают, мы сможем погрузиться в столь масштабный проект.
– А пока у нас нет будущего, – криво ухмыльнулась красноволосая, – предлагаю поговорить о настоящем. Тристан, это правда, что у тебя проявился дар? Спиро растрепался, но из вредности решил не уточнять, какой именно у тебя дар. Надеюсь, ты открыл в себе способность стирать память живых существ. Честное слово, это было бы ох как здорово! – и вдруг она подмигнула мне: – Мы бы подстерли себе парочку воспоминаний, правда? Вычеркнули бы Паддок и Конкур, повыдёргивали бы некоторые предательские ножички из своих крепких спин…
– Брось, – ухмыльнулась в ответ я. – Всё это обязательно нужно помнить. Ведь вся эта боль делает нас теми, кем мы являемся сейчас. А я себе сейчас ой как нравлюсь.
– Перефразируя: ты нравишься себе не сдохшей.
– Ха!
– Тебе срочно нужно выбираться из этой глуши, Дикая! А то ещё пара десятилетий, и от моей безбашенной оторвы в тебе останется одна лишь пропитанная свежим воздухом философия.
Все отреагировали на этот неоднозначный юмор громким смехом, и я тоже. Неуязвимая не унималась:
– Так что, Титан, ты в себе открыл спустя пятнадцать лет тишины? Это определённо точно должно быть нечто впечатляющее…
– Я умею перенимать чужие дары.
– Что?!
– Далеко не все. Некоторые. К примеру, магнетизм Тринидад и пророческие сны Добромира, я перенять не смог, но хроносенсорику Купавы, нагревание Данко и левитацию Лады я перенял с лёгкостью.
– Как ты это делаешь?!
– Для перенимания силы мне необходимо взять одарённого за руку определённым образом, так, чтобы моя рука покрывала его руку до локтя, и чтобы моя рука была сверху. Контакт должен продлиться не меньше двенадцати секунд, после чего, в случае, если дар поддаётся передаче, я становлюсь носителем нового дара. Первоначальный носитель дара не лишается своей одарённости и не ослабевает в ней.
– Это слишком круто! – справедливо замечает Конан.
– Похожим образом я быстро изучал языки. Первый опыт случился ещё на Камчатке… Только сейчас додумался до того, что, быть может, нечто подобное можно проворачивать не только с человеческими языками, но и с металлическими дарами. И сработало.
– Можешь бесконечное количество даров перенять, или число ограничено? – наконец включилась в разговор и Теона.
– Думаю, могу перенять сколько угодно, но пока что в моём арсенале только три дара: дар Данко, дар Лады и дар Купавы.
– Было бы удобно, если бы ты открыл свой дар до того, как мы упустили Рагнара, – не сдержавшись, Джекки ударила кулаком по столу. – Сейчас у тебя было бы ещё плюс пара даров.
Не я одна подозреваю Рагнара в обладании сразу несколькими дарами, хотя до сих пор мы не встречали Металлов, являющихся носителями нескольких даров одновременно. В нашем понимании, Тристан – поразительное исключение из правил.
– Вполне может оказаться, что дар Рагнара, как дар Тринидад и дар Добромира, невозможно перенять, – предположил Беорегард. – А ну-ка, братец, попробуй-ка перенять мой дар, – он вдруг закатал свою руку до локтя и протянул её в сторону сидящего слева от него Тристана.
– Ты серьёзно? – повёл бровью Титан. – Хочешь поделиться со мной своим даром?
– Обладание моим даром может защитить тебя и Тринидад, так что с удовольствием, – уверенно утвердил Беорегард, отчего по моей коже вдруг разбежались мурашки.
Тристан попробовал. Однако у него не получилось перенять дар Беорегарда. Быть может, дело в том, что его даром является способность противостоять чужим дарам – своеобразный энергетический щит, – поэтому он не поддался и Тристану.
