Вроде пульс есть. Тогда я наотмашь хлопнул его по щеке. Тот только дернул головой, но не проснулся.
Следом я пощупал рыжую — тоже жива, но в глубочайшем отрубе.
— Что там?.. — сунулся ко мне Ильинский. — Мертвы что ли?
— Посмотри, что с другими пассажирами!
— Эй, ты чего мне приказываешь?!
— Пошел прочь! — оттолкнул я его и бросился к ближайшей двери.
И тут за мной раздался грохот. Я обернулся, и увидел как Ильинский, чертыхаясь и тряся башкой, пытается неловко подняться с колен.
— Ну ты…
Еще один неверный шаг, и он снова полетел на пол.
Я забарабанил в двери, и естественно мне никто не ответил. Херово, похоже, уснули не только проводники, а вообще весь поезд, включая машинистов.
Черт вас раздери! Мало мне дуэли с этим идиотом, так еще и очередная хрень творится!
А еще у самого голова кругом… И ноги как ватные.
Ильинский снова выругался и, наконец, свалился в коридоре как мешок с дерьмом.
Я же, прижимая рукав к носу, кинулся в свой вагон.
Нет, духота тут не просто духота. Похоже, что-то в воздухе.
И, скорее всего, яд.
Следить за этой мразью оказалось делом непростым — пришлось из кожи вон лезть, чтобы он ничего не заподозрил и не узнал знакомое лицо. Еще тяжелей оказалось дождаться той самой минуты, когда поезд, наконец, отойдет ко сну.
Пришлось дотерпеть до темна, и вот он час — час охоты и час расплаты!
Дверь купе закрылась за спиной. Вагон за вагоном, и вот очередной коридор, в котором и расположился этот мерзавец, чья жизнь сегодня оборвется.
Сердце заходится в груди, руки дрожат, а в горле сухо как в пустыне. В голове проносятся мысли — одна ужаснее другой.
Но нечего его жалеть. Слишком много крови он выпил за свою жизнь, и очень многие вздохнут с облегчением после того, как его сердце перестанет биться. Пора действовать!
В коридоре перед нужным купе тихо, пусто и ни души. Одна помеха: тряска нешуточная — поезд разогнался от души. Ну ничего. Никто не обещал, что все пройдет без сучка, без задоринки.
Клинки просто сгорали от жажды отнять чужую жизнь. Они так и просились, чтобы их напитали горячей кровью! Может быть, сначала связать мерзавца, разбудить и заставить умолять о пощаде? Пусть встретит смерть с открытыми глазами! Чтобы знал, чью жизнь разрушил…
Нет, опасно, да и вряд ли он еще помнит тень из прошлого.
Еще раз проверить, как клинки выходят из промасленных ножен. Снова оглянуться. Да, по-прежнему никого. Вот и дверь, а за ней…
А за ней тишина. Должно быть, цель спит беспробудным сном младенца и не подозревает, что больше никогда не проснется.
Минута на то, чтобы справиться с дрожащими пальцами, и замок, щелкнув, поддался. Снова заминка — а не слышал ли кто-нибудь щелчка?
Нет, снова тихо. Бронепоезд бронепоездом, а внутри все как в детском саду.
Дверь еле слышно проехала вбок, а внутри темнота. Еще несколько секунд тишины — чтобы успокоить бьющееся в груди сердце! — и легкий, неслышный шаг во тьму.
Вот и он. Лежит себе и в ус не дует. Глаза закрыты, губы стянуты в нитку… Еще шаг, и…
Сталь заблестела во мраке. Вспотевшие пальцы сжались на оплетке рукояти. Вот он сладостный миг! Что…
Поезд резко вильнул, и луна в окне осветила лицо. Лицо мертвеца.
Конец третьей книги.
Продолжение читайте тут:
Благодарим за то, что вы с нами и читаете нашу книгу! И хотим выразить отдельную благодарность за ваши лайки, награды и комментарии — они очень мотивируют.
Приятного чтения!)
